Книга Дочки-матери, страница 86 – Алина Дягилева

— А как этот дом нам достался? – спросил он после нескольких минут молчания.

Мама снова посмотрела в окно и отпила из кружки.

— Отец умер, когда я была уже замужем за папой. Мы ничего не знали о нем все эти годы, где он пропадал, но, когда он умер, мама получила извещение о смерти и вступила в наследство. Мы даже и не знали, что он этим домом владел. Он все эти годы стоял тут и пустовал. Маме он был не нужен, и она подарила его нам с папой. Тогда он нам тоже был ни к чему, мы пару раз съездили, посмотрели, и все. А пару лет назад вот решили вдруг, что устали от города, и вспомнили, что у нас есть дом в деревне. Приехали, посмотрели на него, ну и дальше ты знаешь. Папа привел его в относительный порядок, но, конечно, надо еще делать и делать, чтобы стало хорошо, правда… – Мама замолчала.

«Но делать некому и незачем», – закончил про себя Алекс.

Он погладил маму по руке, хотя ему хотелось погладить ее по голове, как маленькую девочку.

— Спасибо, мам, – сказал он и встал, чтобы пойти. Мама подняла на него глаза и ненадолго задержала его руку в своей.

— А почему ты спросил об этом?

Алекс немного помедлил с ответом.

— Мне стало интересно, кто я. И кто был до меня.

Мама кивнула, хотя, кажется, она ничего не поняла.

Алекс вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, и пошел в свою комнату. Было восемь часов. Еще два часа до встречи с ребятами.

Он взял свою тетрадь с записью приходов других родителей и вышел во двор. Против обыкновения, уселся не на террасе, а на старых качелях, сделанных из длинной, почерневшей от времени доски. Качели скрипели и раскачивались очень медленно, так как были очень тяжелыми, поэтому Алекс с братом никогда особо на них не качались, но теперь, зная их историю, Алекс взобрался с ногами, засунул тетрадку в задний карман и стал медленно раскачиваться. Вперед-назад, вперед-назад, сначала по очень маленькой амплитуде, потом постепенно все выше. Он крепко держался руками за ржавые железные цепи, на которых висела доска. Качели скрипели, рискуя разбудить всех соседей, но Алекса это не останавливало. Он качался все сильнее, и в какой-то момент у него появилось то чувство в животе, которое бывает, когда в самой высшей точке ты замираешь, а через долю секунды несешься со скоростью свободного падения вниз. Продолжая качаться, Алекс огляделся по сторонам. Взлетая вверх, он видел крышу своего дома, крыши соседних домов, видел поворот дороги и даже крышу магазинчика, у которого они встречались с ребятами. Повернувшись в другую сторону, он увидел поле и начинавшийся за ним лес, а перед ним бывшее болото. Алекс поежился, как от холода. Странное чувство овладело им, захотелось тут же слезть с качелей и побежать в дом, но он заставил себя остаться и смотреть дальше. Все вокруг было освещено утренним солнцем, бояться было нечего, убеждал он сам себя и продолжал смотреть в сторону болот.

В ушах свистел ветер, живот сжимался при каждом падении, руки крепко вцепились в железные цепи, глаза смотрели в сторону болот. Алекс качался и качался, и вдруг почувствовал, что что-то изменилось. Он не мог объяснить, что именно, но все стало вдруг немного другим. Он взглянул на свой дом, он выглядел так же, а вот дома соседей вдруг изменились. Вместо симпатичных новых коттеджей с разноцветными крышами виднелись такие же, как и его, старенькие домики со ставнями и печными трубами. Во дворах вместо газонов и бассейнов появились огороды. Вместо железных ворот – потемневшие деревянные частоколы. Алекс зажмурился и снова открыл глаза. Видение не исчезло. Вместо асфальтированной дороги – продавленная грунтовая колея и засохшая грязь по обочинам. Вдоль нее – деревянные настилы из грубых досок, вроде как тротуары для пешеходов. Алекс изумленно разглядывал это все, затем повернулся в сторону леса. Лес начинался все там же. Взлетев в очередной раз, он увидел перед лесом их – болота. Не высохшую пустошь, а настоящее черное болото. Даже отсюда было видно, какое оно густое, блестящее и глубокое. Даже отсюда от него веяло опасностью, сразу было понятно, что, стоит ступить в него хотя бы одной ногой, уже не сможешь выбраться. Как зачарованный, Алекс разглядывал болото со смесью ужаса и любопытства. Потом взгляд его упал на качели. Железные цепи, за которые он держался, больше не были ржавыми, наоборот, они блестели на солнце, а доска, на которой он стоял, не была черной, она была совсем свежей, яркого древесного цвета, и от нее даже исходил запах свежей древесины.