Книга Дневник с признанием в убийстве, страница 73 – Людмила Мартова

— Никак не могу себе простить, что уехала, — сказала она через силу. — Если бы я осталась дома, то бабушка не встретилась бы с убийцей один на один. Может быть, я смогла бы ему помешать.

Матвея даже в жар бросило от подобного предположения.

— Это счастье, что тебя не оказалось дома. В лучшем случае убийца бы подставил тебя. Он и так сделал все, чтобы именно ты считалась подозреваемой. Если бы ты не уехала, то тебе было бы крайне трудно доказать, что это не ты убила свою бабушку.

— А в худшем? — уточнила Маша после некоторого молчания.

— А в худшем Галина Ивановна нашла бы наутро два трупа, а не один. Маша, я предупреждал, что твоя затея, связанная с прошлым, может привести к беде. Как видишь, я был прав. Но теперь нам не остается ничего другого, как докопаться до правды. Этот человек продолжил убивать, потому что почувствовал опасность, и теперь не остановится.

— Нам?

— Ну да. Ты же не думаешь, что я оставлю тебя без защиты?

В ее глазах Вересов прочитал легкое сомнение, ему даже обидно стало.

— Ладно, — помолчав, сказала она. — Ты квартиру хотел посмотреть. Пойдем, покажу.

Матвей попытался разгадать секрет ее спокойствия.

— Маша, а ты вообще не переживаешь за отца? — спросил он с легким любопытством. — Все-таки он отсидел за убийство, совершенное в этой квартире. И ты его совсем не знаешь.

— Вообще не переживаю, — ответила она все так же спокойно. — Мой отец отсидел за убийство, которого не совершал. И то, что я много лет его не видела, не говорит о том, что я его не знаю.

— Жертва судебного произвола? — усмехнувшись, спросил Вересов.

— Нет. Суд признал его виновным на основании существующих улик, точно таких же, как и у меня сейчас. Папа свою вину так и не признал, а сотрудничать со следствием отказался, потому что был уверен, что убийство совершила бабушка.

— Что-о-о?!

Нет, ей все-таки удалось его изумить!

— То-то и оно, — кивнула, понимая его изумление, Маша. — Они тридцать лет отказывались встречаться друг с другом, потому что каждый считал другого убийцей. Вот я всегда была убеждена, что людям нужно разговаривать, чтобы между ними не возникало такого чудовищного непонимания. Моя семья разрушилась из-за того, что папа и бабушка просто не поговорили друг с другом. А настоящий убийца избежал наказания, вышел сухим из воды. И сейчас убил снова. Я не переживаю за отца, Матвей, потому что на момент смерти бабушки у него есть легко проверяемое железное алиби. Но я не понимаю одного. Почему преступник тридцать лет спокойно жил, не боясь, что ему может грозить разоблачение, а сейчас снова пошел на преступление?

— Ты правда не понимаешь? — изумился ее вопросу Вересов.

Она кивнула.

— Да потому что в Питере появилась ты, — серьезно пояснил он. — Ты поселилась у бабушки, узнала всю эту старую историю, и не просто узнала, а взялась ее расследовать. Ты нашла адрес своего отца и поехала к нему, а это означало, что он в любой момент мог приехать сюда. Ты могла заставить их с Алиной Аркадьевной помириться; правда, что твой отец невиновен, неминуемо бы всплыла, и тогда твоя бабушка могла догадаться, кто на самом деле виновен в том давнем преступлении.

— Тридцать лет назад Антон Бакалов помирил папу с бабушкой, — медленно проговорила Маша. — И его убили. Сейчас, когда возможность примирения лишь замаячила на горизонте, снова произошло убийство.