Книга Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа, страница 69 – Антон Мамон

— Но ведь сейчас ты с нами, – обронила Эмили. – Значит, кто-то помог тебе, так? – карие глаза девушки поблескивали от слез.

— Кто-то… Или что-то! До сих пор не нахожу объяснения. Жизнь покидала меня. Не выходила чем-то единым, вроде души… Скорее, ускользала понемногу, вырываясь из тела искрами. Словно открытое шампанское, что отдает свои пузырьки воздуху, я покорно ждал конца. Смерть от удушья была неизбежна. В гробу становилось невыносимо жарко, и я галлюцинировал. Слышал, как к деревянному ящику сползаются тысячи червей. Они искали щель, минимальный зазор, в который можно протиснуться и отведать гниющей плоти, когда придет срок. Потом мерещилось, будто толстые, мощные корни обвили пределы моей коробки и двинулись вниз, погружая ее все глубже и глубже. Что-то древнее похищало меня, утаскивая в самые недра. Все, чего хотелось тогда – поскорее отмучиться, а еще – выпросить прощения у Жана, если по итогу я окажусь там же, где и он. Сердце почти не билось, дышать я уже перестал. Лишь наблюдал последнюю из искр, что в танце покидала мое онемевшее тело. Тогда я и услышал голос, от которого моментально пришел в себя!

— Голос? Взаправду, или он тоже был галлюцинацией? – уточнил Бернар, допивая остывший чай.

— Не знаю, Лу. Понятия не имею. Я слышал шепот земли. Он разогнал червей и обрубил корни. Кто-то говорил со мной. Велел натянуть майку на голову и приготовиться раскидывать по сторонам землю, когда она посыпется сверху. Затем я услышал, как говоривший со мной вскарабкался на гроб и принялся наносить методичные удары по крышке. Я послушался совета, закрыл лицо тканью и, лихорадочно вдыхая мертвый воздух, замер. Ударе на десятом раздался треск дерева. Я выставил вперед связанные руки и тогда мой саркофаг дал брешь. Прямо на живот хлынул поток камней, грязи и пыли. То, что сломало доску, вцепилось слюнявой пастью в мои перетянутые запястья и еще до того, как я сумел испугаться, разгрызло веревку. Руки освободились как никогда вовремя. Ведь земляная лавина шла потоками. Я попытался изогнуться так, чтобы у меня появилась возможность сесть. Каким-то чудом все удалось. Заткнув собой «пробоину», я остановился лишь на миг, чтобы несколько раз вдохнуть воздуха, наполнявшего рыхлую почву. А дальше ждало самое тяжелое – подъем наверх!

— Как? Как тебе это удалось?! Я раз сто смотрел «Погребенный заживо», но всегда понимал, что это невозможно, – Ник таращил глаза в неверии.

— Знаешь, инстинкт самосохранения – штука упрямая. Он дает силы в моменты, когда ты готов сдаться. Твой любимый фильм я не смотрел, но скажу сразу: та сцена из «Убить Билла» – брехня полная! Никто не ползет вверх из могилы, как по лестнице. Каждый миллиметр дается с огромным трудом. Я еле двигался, проклиная все на свете. Казалось, будто Земля рождает меня на поверхность, только вот тужиться приходилось мне. То делая рывок, то сползая обратно, я топтал ногами осыпающуюся пыль и лишь благодаря этому мог ненадолго останавливаться, чтобы восстановить дыхание и силы…

— Жак, ты настоящий герой! Преклоняюсь, – без иронии произнес Лу.

— Нет в этом ничего героического. Я не боролся за чью-то жизнь, а спасал свою. Все происходило без моего ведома. Тело отказывалось умирать и предпринимало все мыслимые и немыслимые попытки выбраться. И тот самый эффектный момент, который есть во всех ужастиках про зомби…