Книга Рассказы, страница 163 – Поппи З. Брайт

Я уже собирался уходить, когда ко мне подошла Леонетта Стаббс.

— Доктор Брайт, огромное вам спасибо, что пришли.

— Что вы, — неловко ответил я.

— Я надеялась, что вы придёте. Я хотела отдать вам вот это — за то, что вы позаботились о Мэттью.

Она вложила мне в руку сложенный лист плотной бежевой бумаги. Я развернул его и увидел детский рисунок мелками. Рисунок был примитивным, но я смог различить женщину перед домом и нескольких детей неподалёку. Внизу взрослой рукой было написано: «Дарла! Томми! А ну домой, пока я не огрела вас по башке!»

— Он говорил мне, что писать, — сказала Леонетта, — а я записывала за ним. Наверное, это можно назвать рисунком с подписью, как вы думаете?

— Ещё как, — ответил я, чувствуя, как по руке пробегают мурашки. — А что это значит?

— Ну, я ведь говорила вам, что мой муж зарабатывает не слишком много и мы, боюсь, живём в довольно… непрестижном районе. Однажды соседка кричала своим детям, чтобы они шли домой, пока не начался дождь. Почему-то Мэттью это ужасно рассмешило. Наверное, ему понравилась сама мысль: она так беспокоилась об их благополучии, что пригрозила им побоями. Для такого маленького ребёнка у него было необычайно развитое чувство иронии.

— Это я вижу.

Я сложил рисунок и сунул его в карман.

— Спасибо, миссис Стаббс. Берегите себя.

Сев в машину, я вдруг заговорил вслух:

— Да, конечно, необычайно развитое чувство иронии. Оставить свою историю там, где никто не сможет её найти, пока ты не умрёшь и тебя не вскроют. А может, ты ничего не мог с этим поделать; может, ты просто таким уродился. Но ведь ты наверняка сделал множество рисунков. Почему твоя мать отдала мне именно этот? Ты заставил её? И что мне, чёрт возьми, теперь делать с твоей историей? Что ты имел в виду, когда просил сохранить её для тебя? Я должен её переписать? Опубликовать? Сжечь? Что? Почему я за всё должен отвечать?

Будь Сеймур здесь, я мог бы спросить его, не схожу ли я с ума, но он ушёл. Я больше не видел себя со стороны, мне не с чем было себя сверить. Я свернул с Эспланейд на Брод-стрит и направился к моргу, где в формалине спало сердце маленького мальчика.

Я гадал, сумею ли я его прочесть.

Перевод: Sansa

Господин Булгаков знал о них уже в 1928 году, но их козни вкупе с кознями родной России не позволили ему при жизни опубликовать роман о них. Когда десятилетия спустя книга наконец увидела свет, все решили, что это вымысел. Поэтому, когда в 1985 году Дьявол и его чёрный кот^[16] явились в Новый Орлеан, их не ждал решительно никто.

Они поселились в большом, роскошном доме в Гарден-дистрикте. При доме был заросший двор, обнесённый кованой оградой; по краям росли исполинские дубы, и кот мог резвиться там, не попадаясь никому на глаза. Была и веранда, где Дьявол мог сидеть, потягивая мартини с табаско и наблюдая за людским спектаклем на авеню Сент-Чарльз. Дьявол свёл знакомство с новоорлеанским обществом. Вскоре его пригласили вступить в престижное карнавальное братство — крю «Онан», что немедленно привело к домашней ссоре.

— Я настаиваю: на параде я поеду вместе с тобой, — заявил кот.

— Невозможно, — ответил Дьявол. — Даже если бы тебя можно было показать людям, тебя никто не приглашал.