Книга И мы сгорим, страница 116 – Александра Рау

— Их называли бхутами. – Миссис Влахос переключила слайд, чтобы продемонстрировать традиционные изображения этих духов. Судя по прокатившемуся по рядам вздоху, ассоциировать себя с ними студентам едва ли хотелось. – Мелкие демоны, или злые духи, из свиты Шивы. Их описания часто противоречат друг другу. В одних источниках их называют врагами людей, полагая, что они пожирают человеческую плоть, а в других показывают как хранителей дома или даже целой деревни, в которой поселились. На нас они похожи тем, что, по верованиям, могли менять форму – обращаться в лошадей или свиней, например. То есть технически их можно называть метаморфами.

— А обычные люди, конечно же, их боялись, – пробормотала Пэйдж устало.

— Ну разумеется, дорогая! Они же злые духи. Считалось, что бхута – призрак человека, который убил себя сам или умер из-за несчастного случая. Иногда их злость была так сильна, что они вселялись в живых людей и заставляли их покончить с собой. В основном они нападали на людей по ночам, – миссис Влахос снова переключила слайд, – выглядя как мерцающие или туманные пятна. Чтобы обнаружить их, следовало смотреть на тень. Бхуты ее не отбрасывают.

Рен невольно пробежался взглядом по темным очертаниям своих однокурсников. Такой злой дух водился и в «Игнис». Пусть свою тень он и не потерял, но хорошо ее прятал – в ночи все едино. А днем ее было не отличить от прочих.

После окончания занятия Рен несколько минут просидел на своем месте, дожидаясь, когда Наоми закончит разговаривать со своей соседкой. Флоренс Престон в тот день выглядела серо и измученно, будто систематически не высыпалась и забывала о еде, хотя еще недавно Рен видел ее вполне здоровой (пусть и, задумавшись, не смог понять, как именно давно это было). К тому же, когда она резко обернулась на какой-то громкий звук, волосы открыли взору часть ее шеи, и Рен заметил там кое-что странное.

— У нее все хорошо? – не вытерпел он, подойдя к Наоми, едва они с Фло попрощались.

— О чем ты?

Рен как бы невзначай помял шею примерно в том месте, где увидел пластырь. Раны на метаморфах заживают быстро, поэтому о таких мелочах никто из них обычно не заботится.

Наоми заметно смутилась.

— Это… ее личное дело. Лучше не лезь.

В свете последних событий реальное расписание не всегда соответствовало привычному – преподавателей то и дело вызывали на внеплановые совещания, а студентам выдавали темы для самостоятельного изучения и отпускали в свободное плавание. Доктора Хьюза видели и того реже, учитывая его периодические попытки попасть на допросы студентов, которые продолжались, несмотря на полную их бесполезность. Рен не был уверен во многом, но в трате времени полиции и учеников – на все сто процентов.

Послушно заниматься в своей комнате предпочитали немногие. В основном студенты выбирали свежий воздух, который в начале лета был особенно пьянящим, и занимались спортом или устраивали небольшие пикники, чтобы просто провести время вместе. Кроме того, находиться у всех на виду – один из верных способов остаться в живых. И даже если сознательные переживания из-за недавних убийств поутихли, животный инстинкт все еще пытался сохранить студентам жизнь.

После особенно интенсивной тренировки по теннису Рен чувствовал себя прекрасно. Казалось, вместе с потом, пропитавшим форму насквозь, хоть на какое-то время его тело покинули все тревоги. Он ощущал такую поразительную легкость, что, когда Ларс предложил закрепить эффект пробежкой, даже без смены формы летел над стадионом.