Книга Миллиардер на перевоспитании, или как укротить эгоиста, страница 3 – Ани Марика

— А вот и ты, — воркует Эвелина, поднимаясь и целуя в губы. — Я заказала твою любимую кровавую тушу.

— Как любезно с твоей стороны, — огрызаюсь я, падая на диванчик напротив.

Моя нынешняя девушка вегетарианка и временами пытается обратить меня в свою веру, твердя, что я ем трупы животных. Зато она красивая. Модель, блогер, коуч. В общем, безработная куколка. Впрочем, меня это устраивает…

Я заказываю крепкого двадцатилетнего и пробую предложенный Эвелиной салат. Кривлюсь.

— Это руккола и авокадо, — с видом эксперта говорит она и сладко улыбается. — Нравится?

— Хуйня какая-то, — фыркаю я, проглотив странную зелень.

— Артур, — дует губы девушка.

Не слушаю, забираю из рук официанта стакан и делаю большой глоток, чтобы перебить послевкусие от салата и остудить нервы. Алкоголь обжигает горло и теплом растекается по внутренностям, расслабляя напряжённые мышцы.

Мне приносят стейк слабой прожарки, я отключаюсь на время, просто ем и наслаждаюсь вкусом настоящего блюда и выдержанного элитного напитка. Размышляю, как бы так разобраться с задачкой, что подкинул дед, не покидая Москвы. Можно отправить проверенного человека. Хотя нет. Неизвестно, что он там наворотит. А зная старика, он уже нанял экспертную группу, которая незамедлительно поедет проверять, выполнил ли я все условия. Как показывает практика: хочешь сделать на совесть — сделай сам.

— И представляешь, эта дура перепутала оттенок! — возмущённо щебечет Эва, повышая чуть голос до тонкого писка.

Морщусь от этого ультразвука и бросаю взгляд на девушку. О чём она вообще говорит? А ведь всё это время она говорила и жестикулировала. Заметив мой интерес, Эвелина показывает на свои волосы.

— Я просила пепельный блонд. Ты посмотри, что из меня сделали! Просто катастрофа!

— Катастрофа, — повторяю я хрипло, тянясь за новой порцией. — А это не пепельный блонд?

— Милый, соберись. Ты меня вообще не слушаешь! Это серая моль, а не блонд. Но я уже устроила качественный скандал. Сняла на телефон и сказала, что выложу в соцсети. Сделаю им такую антирекламу. Их отменят всей страной. Так что завтра я иду перекрашиваться к новому мастеру. И совершенно бесплатно!

— Молодец, держи в курсе, — хмыкаю я, вновь углубляясь в свои мысли.

Подзываю официанта, прося обновить стакан. Он прибирает немного со стола и удаляется.

— Ещё сегодня встретила Кристи… — продолжает Эва.

За весь ужин она ни разу не спросила, почему я мрачнее тучи? Почему пью в будний день? Смотрю на неё, такую безупречно-глянцевую. С катастрофами и трагедиями мирового масштаба. И понимаю, что меня остоебенила вся эта фальшивая жизнь в край.

— Счёт, — требую я, как только официант приходит с обновлённой порцией.

Залпом осушаю стакан. Расплачиваюсь и встаю. Эва тут же подскакивает следом. Переплетает наши пальцы и семенит на своих шпильках.

Выйдя на улицу, поднимаю лицо к небу и делаю глубокий вдох. Ночной майский воздух пропитан удушливым смогом машин. Разворачиваюсь и, сунув руки в карманы брюк, иду по аллее.

— Милый, твоя машина в другой стороне, — останавливает девушка.

— Пройдёмся, Эва. Тут недалеко, — бросаю я.

— Пешком?! — удивляется она, переходя на свой ультразвук. — Артур, ты с ума сошёл?! На мне лодочки из последней коллекции. Я их в Милане покупала. И ты хочешь, чтобы я шла по этой убитой плитке в них?!