Книга Зима, любовь, экстрим и хаски, страница 55 – Женя Онегина

Закутавшись в халат, я забралась в кровать, сверху завернулась в одеяла и только потом взяла со стола кружку с бульоном.

— Живая? – спросила Алена немного сердито.

— Кажется, да.

— И как ты умудрилась?

— В сумерках свернула не туда, – ответила я. – Я устала, сильно устала, еще когда мы были на капище.

— Почему не сказала?

— Кому? – Я удивленно приподняла брови.

— Кому угодно, Зоя! – рассердилась Алена уже по-настоящему. – Ване, Даниилу, Святославу! Там было полно взрослых и сильных мужиков, Зоя! А тут чуть не убилась сама, и парня за собой потащила.

— Все было не так, – пробормотала я.

— А как?

Я не знала. Сейчас, дома в тепле, мое поведение и мне уже казалось ребячеством. Я должна была сказать, что устала.

— Сколько нас не было?

— Искали вас часа полтора, не больше.

— А я думала, целую вечность. А что с Димой?

— Прооперировали. Гипс наложили на шесть недель. Потом еще одна операция будет. Ближе к весне. Его выпишут послезавтра, и Костя решил остаться в Петрозаводске, а потом сразу привезти его сюда.

— Это хорошая новость, – пробормотала я. – Наверное.

— С ногой будет все в порядке, – заверила меня подруга. – Это самое главное.

— Да.

Говорить не хотелось. Ужасно клонило в сон, но я понимала, что допить бульон все же придется. А еще нужно дождаться, пока привезут Даню. Он остался в лесу один, после всего, что случилось. Я бы так не смогла. Теперь лес, мой родной лес, пугал меня до тошноты.

— Ты чего это позеленела? – встревоженно спросила Алена. – Плохо?

— Устала просто.

— Так поспи.

— Я жду ребят. Мне нужно знать, что они вернулись. Ален, лучше расскажи, как день у вас прошел.

— Спокойно прошел, – ответила подруга. – И тихо. Ангелина и Лика провели утро в бане. Мы им чан на улице натопили, потом еще обед туда принесли. Уху, оленину, калитки. Темка наш расстарался. Жуть как красиво. И вкусно! В общем, девицы весь день там были. Фотографировали много. И уже кое-что есть, Зой. В соцсетях. И три номера забронированы на Новый год.

— Да ладно! – не поверила я.

— Я тоже не поверила, когда Ольга сказала. А потом Артемий ссылку прислал. А там такая красота. Я девицам еще калиток отправила. И какао. Пусть фотографируют!

Я улыбнулась, а потом спросила:

— А Юля?

— Вот ее я не видела, пока Ванька с ребятами не приехали. И с ней истерика случилась.

Артемий на нее наорал и в доме охотника запер, чтобы не мешалась под ногами.

— Жестоко.

Залаяли собаки. И Сильвер ответил им пронзительным воем, который подхватил Альбус.

— Приехали, – выдохнула я.

— Сейчас узнаю, – сказала Аленка и вышла.

Глаза слипались, но я отчаянно боролась со сном. Я должна была точно знать, что он вернулся. Что собаки не заблудились. И что самого Даню не замело с головой. Я замерла, прислушиваясь к тому, что происходило внизу. Почему-то к окну я подойти не решилась, и теперь жадно ловила каждый звук, доносящийся с улицы.

Хаски возбужденно скулили. А люди говорили все сразу, хором. Смеялись громко. И это было хорошо. Правильно. А мне вдруг сделалось безумно одиноко.

— Цел я, цел… – услышала я ставший родным голос и наконец провалилась в сон.

Проснулась я на следующий день ближе к обеду. Лаки лежала рядом со мной, положив голову на подушку, и делала вид, что спит. Но кончик ее хвоста беспокойно метался по кровати, а глаза были приоткрыты. Я потрепала хаски за ушами, и та, не открывая глаз, подставила мне живот.