Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 139 – Нелли

Уголок его рта дрогнул.

— Я выброшу его.

— Не надо. Просто переведите к нему HR-специалиста.

— Жестоко.

— Эффективно.

Лифт приехал.

Двери открылись.

Лика сделала шаг внутрь, потом остановилась и повернулась к офису.

Все моментально снова занялись работой.

Кто-то стучал по клавиатуре без открытого документа.

Кто-то читал инструкцию к степлеру.

Пётр Сергеевич говорил в выключенный телефон:

— Да, да, поставки, контейнеры, очень важно…

Лика сказала громко и чётко:

— Коллеги.

Офис замер.

— Я благодарю всех за совместную работу. Надеюсь, что в будущем вы будете обсуждать проекты с тем же энтузиазмом, с каким обсуждаете чужие галстуки. Производительность компании вырастет в три раза.

Несколько человек опустили глаза.

— И ещё. Сплетни — это как просроченный йогурт в офисном холодильнике. Сначала всем любопытно, чей он. Потом всем плохо. Утилизируйте вовремя.

Она вошла в лифт.

Вениамин стоял снаружи.

Двери начали закрываться.

— Лика, — быстро сказал он. — Я всё равно найду способ.

Она посмотрела на него через сужающуюся щель.

— Только не опоздайте.

Двери закрылись.

Вениамин остался перед лифтом.

Офис молчал.

Потом где-то за спиной тихо всхлипнула Марина.

— Мне кажется, мы всё испортили.

— Не всё, — сказал Артём, осторожно выбираясь из-под стола. — У нас ещё кулер остался.

Светлана Павловна шмыгнула носом.

— Она была хорошая.

— Она не умерла, — мрачно сказал Вениамин, не оборачиваясь.

— Да, но уволилась, — ответил Илья. — Для нашего отдела это почти одно и то же.

Вениамин медленно повернулся.

Такого выражения лица сотрудники у него ещё не видели. Обычно он был вихрем: шутил, опаздывал, путал папки, приносил велосипед в кабинет и мог назначить совещание на «примерно после кофе». Но сейчас перед ними стоял генеральный директор. Настоящий. Собранный. Жёсткий.

Даже галстук, несмотря на кривизну, будто напрягся.

— Значит так, — сказал он. — Через десять минут все в переговорной.

— По поводу? — робко спросил Пётр Сергеевич.

— По поводу того, что у нас в компании внезапно появилось слишком много свободного времени на ерунду.

Оля побледнела.

— Это будет собрание?

— Нет, Оля. Это будет праздник ответственности.

Илья прошептал:

— Звучит хуже, чем тимбилдинг.

— Илья, — продолжил Вениамин.

— Да?

— Найти, кто сделал фото.

— Уже ищу.

— Без самодеятельности. Без охоты на ведьм. Просто факты.

— Понял.

— Светлана Павловна.

— Я не закрепляла!

— Я пока ничего не сказал.

— Но вы так посмотрели.

— Удалите из чата всё, что касается Лики. И сердечки тоже.

— А картошку?

Вениамин на секунду растерялся.

— Что?

— Там был стикер с картошкой.

— Особенно картошку.

— Хорошо.

Он развернулся к своему кабинету, но остановился у двери.

На столе Лики осталось пустое место.

Странно, как много пространства может занимать один человек, даже когда уходит.

Раньше этот стол казался обычным рабочим местом: монитор, органайзер, папки, идеальный порядок, угрожающе ровная стопка документов. Теперь он выглядел как вырванный зуб в улыбке офиса.

Вениамин вошёл к себе, закрыл дверь и прислонился к ней спиной.

В кабинете всё было по-прежнему: велосипед у стены, бумаги на столе, кружка, кривой график на доске, фикус, который Лика однажды заставила пересадить «потому что корневая система тоже имеет право на условия труда».