Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 167 – Нелли

На этой строчке Лика остановилась.

Прочитала ещё раз.

И вдруг рассмеялась сквозь слёзы.

Потому что «несмотря на статистические риски» — это было, пожалуй, самое удивительное её признание из всех возможных.

Она сохранила файл под названием:

Project_Wedding_v1_Lika_Edits.xlsx

Потом прикрепила его к письму.

Тема:

«Правки внесены»

Текст письма:

«Вениамин.

Файл изучен.

Ошибки найдены.

Предложение принято к дальнейшей реализации.

Смотри вкладку “Ответ_Лики”.

P.S. Если уронишь телефон, постарайся не на Пашу.

Лика».

Она нажала «Отправить».

И тут же вскочила.

Потому что отправить признание оказалось как прыгнуть с вышки в бассейн, только бассейн ещё не показали, а вышка уже сказала: «Поздно, дорогая».

Телефон молчал.

Одна секунда.

Две.

Три.

Лика смотрела на него так, как смотрят на очень важного сотрудника, который обязан выполнить KPI немедленно.

Пять секунд.

Десять.

Пятнадцать.

— Только не заставляй меня ждать, Саров, — прошептала она.

На двадцать первой секунде раздался звонок.

Вениамин.

Лика схватила телефон, но не сразу ответила. Чисто из принципа. Две секунды самоуважения были необходимы.

— Да, — сказала она, принимая вызов.

На том конце было шумно.

Сначала послышался грохот.

Потом голос Паши:

— Я же говорил, что он уронит телефон.

Голос Вениамина, отдалённый и взволнованный:

— Я не уронил, он выскользнул от эмоциональной перегрузки!

Паша:

— Это называется “уронил”, пап.

Лика закрыла глаза и улыбнулась.

— Вениамин?

— Лика, — выдохнул он в трубку так, будто пробежал марафон, поднялся на гору и одновременно победил налоговую проверку. — Ты… ты правда?

— Я отправила официальный ответ.

— Да, я видел. Я просто хочу услышать голосом. Для внутреннего архива.

— Для какого ещё архива?

— Для того, где хранятся лучшие моменты жизни. Он у меня не очень упорядочен, но я работаю.

Лика отвернулась к окну.

— Правда.

Молчание.

Потом Вениамин сказал тише:

— Ты тоже?

Лика поняла, что он спрашивает не про проект. Не про условия. Не про велосипед. Не про файл.

— Да, — сказала она. — Я тоже.

На том конце снова что-то грохнуло.

— Папа сел мимо стула, — сообщил Паша деловым голосом.

— Я не мимо, — донёсся голос Вениамина. — Я стратегически снизил центр тяжести.

Лика расхохоталась.

— Вы там живы? — спросила она.

— Более чем, — сказал Вениамин. — Лика, можно я приеду?

Она посмотрела на часы.

— Через сколько?

— Через… — он замялся.

В трубке послышался шёпот Паши:

— Скажи честно. Не начинай семейную жизнь с оптимистической лжи.

Вениамин кашлянул.

— Через двадцать восемь минут. Если без героических котят. Если с котятами — не знаю, но постараюсь не спасать всех подряд.

— Двадцать восемь минут, — повторила Лика. — У тебя есть двадцать семь.

— Почему?

— Одна минута штрафная. На всякий случай.

— Жестоко.

— Справедливо.

— Я люблю тебя.

Лика замолчала.

Даже после файла эти слова вслух ударили прямо в солнечное сплетение. Нежно, но точно.

— Я жду тебя, — сказала она.

И добавила после короткой паузы:

— Вовремя.

— Буду, — сказал Вениамин. — Лика?

— Да?

— Спасибо, что внесла правки, а не закрыла файл.

Она улыбнулась.

— Не благодари раньше времени. Версия v2 будет строже.

— Я готов.

— Ты ещё не видел вкладку “Бюджет”.

— Господи.

— Не драматизируй. Там просто цифры.

— Вот именно это меня и пугает.