Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 19 – Нелли

Лика, наконец, закрыла пудреницу и медленно повернулась к Паше. Она опустилась на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне, но сделала это с такой грацией, будто принимала присягу у наследного принца.

— Спасибо, пупс, — она слегка улыбнулась уголками губ, и эта улыбка была острее, чем скальпель нейрохирурга. — Твой мезоморфный тип телосложения тоже намекает на большой потенциал, если перестанешь сутулиться над учебниками. В твоем возрасте полезнее развивать моторику через физическую активность, а не через попытки классифицировать окружающих по Канту. Кстати, твоя бабочка кривовата на два градуса вправо. Это создает диссонанс с твоим претенциозным образом.

Паша инстинктивно потянулся к шее, поправляя аксессуар. Его щеки на мгновение порозовели — немыслимое событие для «профессора в шортах».

— Эстетическое совершенство требует жертв, — парировал Паша, но голос его чуть дрогнул. — Вы полагаете, что физическая культура может сосуществовать с интеллектуальным превосходством без ущерба для последнего?

— Я полагаю, пупс, — Лика протянула руку и щелкнула его по носу, — что если ты не начнешь бегать за мячом, то к двенадцати годам твой единственный контакт с реальностью будет происходить через линзы с диоптриями в палец толщиной. А это, знаешь ли, сильно портит экстерьер.

Паша на мгновение замолчал, переваривая услышанное. Весь офис, затаив дыхание, наблюдал за этой дуэлью. Это было похоже на битву двух титанов, один из которых был выше другого всего на сорок сантиметров.

— Вы... вы прямолинейны, — произнес Паша. — В вас отсутствует типичный для взрослых страх перед детской гениальностью, который они маскируют под фальшивое сюсюканье.

— Просто я знаю, что ты такой же человек, только меньше ростом и с неоправданно большим количеством свободного времени на чтение ненужных книг, — отрезала Лика. — Хочешь быть полезным? Иди и помоги отцу с отчетом. У него в седьмой колонке ошибка в расчетах НДС, я это вижу даже с этого расстояния по выражению его левого глаза.

Паша посмотрел на Вениамина, который все еще сидел с открытым ртом.

— Отец, — позвал мальчик. — Лика права. Твоя неспособность контролировать эмоциональный фон ведет к опечаткам. Идем, я помогу тебе пересчитать, пока мы не окончательно погрязли в этой административной анархии.

Вениамин, как в тумане, поднялся и побрел за сыном в сторону своего кабинета. Перед дверью Паша обернулся и еще раз посмотрел на Лику.

— Кстати, — громко сказал он на весь офис. — Серия вашего хайлайтера имеет избыток светоотражающих частиц. Но на вас это выглядит как метафизический нимб. Довольно иронично.

— Иди уже, Гете недоделанный, — фыркнула Лика, но в ее глазах промелькнула искра симпатии.

Когда дверь за Вениамином и Пашей закрылась, в офисе воцарилась тишина. Менеджеры переглядывались, чувствуя себя так, будто их только что пропустили через образовательный комбайн.

— Лика... — выдохнул Аркадий. — Как ты это сделала? Он же... он же сожрал меня за три секунды!

Лика снова открыла зеркальце и критически осмотрела свой «метафизический нимб».

— С мужчинами всегда просто, Аркадий, — ответила она. — Неважно, шесть им лет или шестьдесят. Главное — вовремя указать на кривую бабочку и знать, когда их интеллектуальный пафос переходит в обычную сутулость. А теперь работайте. У нас тут, кажется, «рассадник посредственности» простаивает без дела.