Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 55 – Нелли

— Оля, — сказала Лика.

— Молчу.

— Не молчишь.

— Уже молчу активнее.

Паша повернулся к Оле.

— Вы сможете в нужный момент передать папе, что Лика задержалась из-за важного поручения и потому не сможет проследить за его обедом?

Лика резко повернулась к нему.

— Что?

Паша невозмутимо продолжил:

— Тогда он почувствует дискомфорт от отсутствия контроля и осознает ценность вашего участия.

— Павел, это уже манипуляция.

— Нет, это демонстрационный эксперимент.

— Манипуляция в лабораторном халате.

— Все великие открытия начинались с морально неоднозначной гипотезы.

— Не все.

— Многие.

— Не спорь с женщиной, которая может заставить тебя делать планку.

Паша замер.

— Принято.

Лика наклонилась к нему и ткнула пальцем в блокнот.

— Слушай внимательно, профессор. Я не буду помогать тебе устраивать твоему отцу эмоциональные ловушки.

— Даже маленькие?

— Даже декоративные.

— Даже с благими намерениями?

— Особенно с благими намерениями. Это самый опасный вид ловушек. Люди в них падают с чувством благодарности и потом годами не могут выбраться.

Паша задумался. На его лице промелькнуло настоящее, взрослое понимание.

— Значит, нужна честная стратегия?

— Да.

— Но честная стратегия менее эффективна.

— Зато после нее не приходится прятать улики в рюкзаке.

Паша медленно убрал блокнот на стойку.

— Хорошо. Тогда я честно скажу: я хочу, чтобы вы чаще были рядом.

Лика молчала.

— Не потому что папа сломанный, — добавил он быстро. — И не потому что вы обязаны его чинить. Просто… когда вы рядом, дома и в офисе как будто включают свет. И папа улыбается не только когда акции растут.

У Лики что-то дрогнуло внутри.

Она привыкла, что ее считают яркой, шумной, красивой, слишком розовой, слишком спортивной, слишком прямой. Привыкла, что мужчины сначала смотрят на ноги, потом на волосы, потом уже, если остается мозговая активность, пытаются услышать слова. Привыкла, что ее недооценивают и удивляются, когда она отвечает быстрее, умнее и жестче.

Но к тому, что шестилетний мальчик в очках будет стоять перед ней и аккуратно пытаться спасти отца от одиночества, она готова не была.

Это было нечестно.

Нельзя так бить в сердце маленькими руками и фразами про свет.

— Паш, — тихо сказала она. — Ты знаешь, что взрослые иногда все усложняют?

— Да. Это их основная социальная функция.

— И твой папа может не захотеть.

— Он уже хочет. Просто не знает, что хочет.

— Это не считается.

— Согласен. Но он смотрит на вас как на дедлайн, который одновременно пугает и мотивирует.

Лика неожиданно рассмеялась.

— Господи, какой ужасно точный комплимент.

— Я тренируюсь.

— На ком?

— На папе. Но он не всегда понимает.

— Мужчины вообще не всегда понимают.

— Я заметил.

В этот момент телефон Лики завибрировал. На экране высветилось сообщение от Вениамина:

«Лика, вы не видели мой второй экземпляр договора?»

Она посмотрела на Пашу.

— Догадайся.

Паша вздохнул.

— В левой секции папки, которую вы ему дали, между листами с желтой закладкой.

Лика набрала ответ:

«Левая секция папки. Желтая закладка. И не забудьте обед в 14:00».

Через несколько секунд пришло:

«Спасибо. Не забуду».

Паша фыркнул.

— Забудет.

— Не забудет.

— Ставка?

— Если не забудет — ты вечером делаешь зарядку без философских комментариев.

— А если забудет?

— Я делаю тебе смузи по твоему рецепту.