Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 81 – Нелли

— Это наблюдение, — ответила Лика.

Олеся показала приложение на планшете.

— Вот здесь можно выбрать зоны. Например: «гостиная», «кухня», «детская»…

— «Кабинет папы, куда лучше входить в защитном костюме», — предложил Паша.

Лика расхохоталась.

Вениамин скрестил руки.

— Очень смешно.

— Нет, правда, — сказала Лика. — Я бы ещё добавила режим «срочная эвакуация документов из-под чашек».

— У меня документы не лежат под чашками.

Паша снова достал блокнот.

— Три дня назад договор с «ГрандЛогистик» находился под чашкой с чаем.

— Это была временная мера.

— Чай был с лимоном. Договор теперь тоже.

Олеся старалась не смеяться. Получалось у неё плохо.

— А ещё «Чистюля-Х7» реагирует на голосовые команды. Например: «Чистюля, убери крошки».

Пылесос мигнул глазами.

— Команда принята, — сказал он приятным электронным голосом и бодро покатился по площадке.

Лика присела рядом.

— Какой послушный мужчина.

Вениамин чуть не подавился воздухом.

— Это пылесос.

— Я вижу. Поэтому и послушный.

Паша задумчиво произнёс:

— Связь между отсутствием свободы воли и исполнительностью заслуживает отдельного исследования.

— Не надо, — сказал Вениамин.

— Почему?

— Потому что я чувствую, что выводы будут не в мою пользу.

Пылесос тем временем подъехал к Вениамину, остановился у его ботинка и сказал:

— Обнаружено препятствие.

Лика посмотрела вниз.

— Он вас раскусил.

— Я не препятствие.

Пылесос подумал секунду.

— Обнаружено крупное препятствие.

Паша тихо сказал:

— Техника объективна.

Вениамин отступил на шаг.

— Я начинаю не любить это устройство.

— Оно просто честное, — сказала Лика.

— Честность должна иметь границы.

— Виртуальные? — подсказал Паша.

Лика снова рассмеялась.

И Вениамин внезапно понял, что ему нравится этот звук.

Очень.

Слишком.

Он стоял среди гудящих роботов, мигающих экранов и летающих дронов, рядом с сыном, который уже явно спланировал их жизнь на три квартала вперёд, и женщиной, которая называла пылесос мужчиной за исполнительность, и чувствовал странное тепло в груди.

Не привычное спокойствие.

Не контроль.

Не деловую уверенность.

А что-то совершенно непрактичное.

Нелогичное.

И опасно приятное.

— Папа, — сказал Паша, дёрнув его за рукав.

— Да?

— Ты опять завис.

— Я не завис.

— У тебя взгляд, как у электронного экскурсовода после вопроса о сознании.

Лика поднялась.

— Вениамин, если вам нужна перезагрузка, моргните два раза.

Он моргнул.

Один раз.

Потом второй.

Лика распахнула глаза.

— Ого. Работает.

— Я просто моргнул!

— Конечно. А я просто стою рядом с танцующим пылесосом и обсуждаю семейные настройки с вашим сыном. День обычный.

Олеся осторожно спросила:

— Хотите попробовать режим танца?

— Да! — сказала Лика.

— Нет, — сказал Вениамин.

— Да, — сказал Паша.

Пылесос уже решил за всех. Он мигнул подсветкой, включил бодрую мелодию и начал вращаться на месте, выписывая круги.

— Режим самба активирован, — сообщил он.

Лика захлопала в ладоши.

— Вот! Вот этот мужчина знает, как оживить обстановку!

— Он круглый, — сказал Вениамин.

— И что? У всех свои особенности.

— Он пылесос.

— Зато с чувством ритма.

Паша внимательно наблюдал за траекторией.

— Если оценивать амплитуду движения, его танцевальные навыки выше среднестатистических для посетителей павильона.

В этот момент пылесос подъехал к Лике и закружился у её ног.