Книга Арахнид, страница 161 – И. В. Офелия

— Не говори так.

— Разве это неправда?

— Это был несчастный случай.

— Я думал, несчастным случаем было отравление его ассистента.

— Это был один и тот же случай. – Голос дрогнул. Я была благодарна, что Сайлас не видит моего лица. – Я не знала, что они будут пить вместе. Надо было самой разлить вино, предложить, когда он отделится от отца. Заманить куда-нибудь…

Судя по отсутствию ответной реплики, я поняла, что Сайлас почти пожалел о своем вопросе.

— А что насчет твоих родителей? – спросила я, прочистив горло. – В последний раз, когда я видела твоего отца, мне было, наверное, всего шестнадцать, – сменила я тему.

При этих словах Сайлас напрягся, переменив позу рядом со мной.

— Уточни свой вопрос.

— Какой была твоя мать?

— Почем мне знать. – Голос его был бесстрастным, слишком ровным, он будто желал защититься от любых эмоциональных проявлений. – Она была блондинкой.

— Весьма содержательно, – пробормотала я. – А отец?

— Тоже блондин, – сухо ответил Сайлас.

— Хорошо,– вздохнула я.– Что ты можешь рассказать мне о своей семье?

Он помедлил.

— У меня двенадцать сестер, включая Фиби.

— Это уже начало. – Я взглянула на него, но он смотрел прямо перед собой, скрестив руки. – Ты помнишь кого-нибудь из них?

— Я помню первых пятерых, остальные для меня загадка. – Он порылся в карманах в поисках сигарет. – Я навещал Фиби почти каждый год с ее рождения. Никогда не забуду эту рыжую макушку, когда впервые ее увидел. – Сайлас помедлил. – Мы с Фиби провели вместе достаточно времени, больше, чем с кем-либо из остальных. Других сестер выдавали замуж почти сразу же, глазом не успеешь моргнуть, так что я научился не привязываться. Просто совпадение, что я оказался в Лондоне, когда объявили о рождении Фиби.

— И в этот раз ты привязался?

— Как можно не привязаться? Когда в этот мир является нечто столь крошечное, невинное, не запятнанное ничьей виной, и оно оказывается у тебя на ладони, – в тебе что-то меняется, когда понимаешь, что ее ждет та же участь, что и остальных.

— Остальных?

Сайлас махнул рукой:

— Я просто не хотел, чтобы она исчезла, как все прочие, вот и все. – Он протянул мне сигареты, но я отказалась. – У меня вышла серьезная размолвка с отцом, когда ей исполнилось шестнадцать, и я не навещал ее какое-то время. Мы расходились в некоторых обычаях, которые отец считал традицией.

— Каких именно?

— Неважно. Жаль, что я не продолжал ее навещать, – может, тогда она не была бы так зла, когда я объявился несколько лет назад.

— Зачем ты вернулся?

— Я сказал ей, что вернулся ради городской жизни, и чтобы заваливаться к ней на вечеринки, – рассмеялся Сайлас. – Она так разозлилась на меня. Говорит, из-за того, что я ем ее гостей, но я знаю: часть этой злости – из-за моего долгого отсутствия. – Я заметила, как кожа на его перчатках натянулась, когда он сжал кулаки. – Я вернулся, потому что дошли слухи: отец собирается отослать ее. Выдать замуж, и снять с себя эту ответственность.

— Она была обручена? – Я бросила на него взгляд через плечо.

— Еще нет, – пожал он плечами, – но ты решила эту проблему за меня, забрав ее сюда.

— О. – Я нахмурилась и снова уставилась вперед. – Похоже, я действительно ничего о ней не знала.

— Никто никого по-настоящему не знает, – произнес Сайлас торжественно. – Люди слишком сложны, чтобы их можно было понять за одну жизнь.