Книга Как построить магическую академию. Книга 2, страница 72 – Ксения Кис

Я застряла. Не просто в краске и линиях — в чужой жизни. Я буду смотреть. Смотреть, как проходят дни. Как меняется свет за окнами. Как люди смеются, спорят, влюбляются, предают, прощают. Как живут… без меня.

Кто-то, наверное, назвал бы это бессмертием, но бессмертие — это когда ты живёшь, а не когда наблюдаешь.

Я не смогу коснуться. Не всегда смогу даже отвернуться, если станет слишком больно. Вечный свидетель чужих жизней. Вечный наблюдатель, у которого нет ни голоса, ни права вмешаться. И самое страшное — Стайхон.

Если я буду рядом… всегда рядом… он не отпустит. Он будет смотреть в эти часы, искать меня, говорить со мной, надеяться. Но эта надежда будет не спасать его, а разрушать. И если я уйду с часов, он будет искать картину, в которой я оказалась. Я его знаю, он будет…

Он будет жить с мыслью, что это его вина. Что он не успел. Не понял. Не удержал. А это неправда. И сколько бы я ему это ни объясняла, он не поверит.

В этот момент я поняла ещё одну вещь, от которой стало по-настоящему холодно. Если я останусь рядом — я не дам ему жить дальше. А он должен. Ведь я именно этого хотела? Чтобы он женился на той, которая ему подходит, которую одобрит его семья. Чтобы он стал деканом. Чтобы он получил свой диплом в конце концов.

В этот момент я улыбнулась. Диплом… Ведь все это затеялось из-за каких-то бумажек. Сейчас потеря дипломов казалась такой мелочью, на фоне всего того, что произошло.

Усмехнуться-то я усмехнулась, а вот убрать улыбку не спела, Стайхон повернулся ко мне и уставился на меня усталым взглядом.

— Тебе весело? Ты радуешься? – от него не укрылись изменения. – Ингрит, вот объясни мне, зачем? А еще лучше не трать силы напрасно и скажи, как ты это сделала? Как тебя вытащить?!

И в этот момент мое сознание пронзила еще одна мысль: если он найдет дневник, то он пожертвует собой ради меня. Но я этого не хочу! Нет! Этого нельзя допустить.

В этот момент я почувствовала, что у меня есть немного сил, что я могу что-то сказать, но недолго.

— Пообещай, что выполнишь мое желание… – еле слышно прошептала я. Если бы не советы ребят, я бы сама еще несколько дней училась, но они ускорили мою адаптацию в нарисованном мире.

— Все что угодно, – тихо прошептал Стайхон.

— Сожги меня. Я не хочу так существовать, я не…

Сил у меня не хватило продолжить, хоть я и двигала одними губами, и я снова замерла. Слова оборвались, растворились в неподвижности, но он понял. Понял и замер.

Секунда — и в его глазах будто что-то сломалось.

— Нет…

На секунду замер, а потом еще громче:

— Нет! – Его голос сорвался. – Ты… ты вообще понимаешь, о чём просишь?! – Он вскочил, шагнул назад, потом снова вперёд, будто не находя себе места. – Это невозможно! Ты просишь меня… убить тебя?

Его дыхание стало рваным, прерывистым. Руки сжались в кулаки так сильно, что побелели пальцы.

— Я только… только нашёл тебя! – голос дрогнул, но тут же снова сорвался в ярость. – И ты хочешь, чтобы я сам всё это уничтожил?!

Кожа на его шее и скулах потемнела, проступила чешуя — тонкая, блестящая, словно огонь пытался вырваться наружу. Взгляд вспыхнул, зрачки вытянулись.

— Нет! – ещё раз, уже почти рыча. – Даже не думай! Я не позволю тебе исчезнуть! Не после всего!

Он резко отвернулся, провёл рукой по волосам, тяжело дыша, будто боролся сам с собой.