Книга Как построить магическую академию. Книга 2, страница 73 – Ксения Кис

— Это не жизнь, ты считаешь? – теперь уже глухо произнес он. – А ты решила, что смерть — лучше?

Он стоял, опустив голову, и с каждым вдохом будто собирал себя обратно по кускам. Чешуя медленно исчезала, дыхание выравнивалось. Когда он снова посмотрел на часы, в его взгляде уже не было ярости, только усталость. И боль.

Он подошёл ближе. Очень осторожно взял часы в руки, как будто они могли рассыпаться от одного неловкого движения.

— …Это и правда жестоко, — тихо сказал он. – Просить меня о таком. Ты не даешь нам времени помочь тебе, потому что не хочешь или потому что знаешь, что это невозможно?

Пауза. Его пальцы чуть сжались.

— Твоя просьба очень жестокая. Но ещё жестче — оставить тебя так.

Он закрыл глаза на мгновение, будто принимая решение, от которого уже нельзя будет отступить.

— Я найду способ, – ровно, почти спокойно. – Любой. Даже если придётся перевернуть весь мир.

Он провёл большим пальцем по крышке часов.

— И если… если не найду… – Голос едва заметно дрогнул. – Тогда я выполню твоё желание. – Произнес он едва слышно. – Обещаю.

Но меня это не устраивало, я знала этот способ, и его ценой была бы жизнь Стайхона.

Я была уверена, что не смогу двигаться еще примерно сутки, но паника выросла внутри каким-то пожаром и внезапно придала сил всего на одно слово.

— Сейчас!

Зрачки Стайхона снова расширились, и я видела, как их заполняет злость, правда, мне почему-то казалось, что не на меня, а на себя. А в следующее мгновение я увидела, как он резко втянул воздух.

По его шее и скулам снова побежала чешуя, яркая, живая, будто сама кожа не выдерживала того, что он собирался сделать. Плечи напряглись, пальцы сжались, но он не колебался.

Выдох.

Я зажмурилась, стиснула всё внутри, готовясь к боли — к огню, который сожжёт, разорвёт, освободит. Но вместо жара… Холод.

Резкий. Пронизывающий. Невозможный.

Он ударил в меня, как ледяной шквал, как дыхание зимы, как что-то, что не должно было существовать. Пламя было — я чувствовала его, видела сквозь сомкнутые веки — но оно не жгло. Оно замораживало. Все вокруг покрывалось морозными узорами, а стрелки и вовсе перестали ходить, не выдержав такого изменения температуры.

Несмотря на то что я однажды уже это видела, картина все равно завораживала. Пламя было настоящее, драконье… только вместо огня оно было бледно-голубым, почти прозрачным, с холодным свечением. Оно текло, как пламя, двигалось, как пламя — но оставляло после себя иней и тонкую корку льда, стягивающую всё вокруг.

Ледяное пламя.

Стайхон не отводил взгляда ни на секунду, а потом мне стало настолько холодно, что глаза начали закрываться. Вот и все…

Темнота накрыла мягко, почти бережно. Но исчезнуть не получилось.

Сквозь пустоту сначала пробралось странное и неуместное ощущение: тепло. Живое, плотное, почти обжигающее после того ледяного холода. Я не понимала, откуда оно, не понимала, что вообще происходит, но инстинктивно потянулась к нему, прижалась ближе, словно только так могла удержаться на грани.

Сознание возвращалось рывками. Где-то рядом были голоса. Сначала глухие, как сквозь воду, потом всё яснее. А еще снова были какие-то удары, но они не были похожи на часы…

— …с ними всё в порядке?..

Пауза.

Тяжёлое, сбивчивое дыхание совсем близко.

— Н-ну… они дышат.