Книга Добыча черного капитана, страница 27 – Вивьен Ламур

— Хочу помочь, если не против, — говорю, и уголки губ сами собой тянутся в улыбку. — Капитан сказал, спросить у тебя. У меня нет навыков матроса, на палубе буду только обузой. А тут… ну, женщина на кухне – это правильно.

Усмехается, но не зло. В его глазах любопытство.

— Если капитан не против, то и я не против. Давай, покажи, что умеешь. Вон там, картошка есть. Почистишь, порежешь?

Протягивает нож, и пальцы смыкаются на рукояти, чувствуя знакомую тяжесть. Нож как нож, но в руке он будто оживает. Пальцы двигаются привычно, быстро, не глядя. Помню, как мама учила в детстве: «Не торопись, Катюха. Пальцы береги». Но я давно научилась. Пит смотрит, и в его взгляде удивление.

— Смотрю, ты и на кухне не промах, — говорит он, и в голосе слышится одобрение. — Не просто девка, а с руками. Откуда такие навыки?

— Умею держать нож. Не только для картошки, — в голосе усмешка. Больше не объясняю. Он не лезет.

Пит подходит к столу, на котором лежит большой кусок мяса. Начинает нарезать на порционные куски. Наблюдаю за его руками, за жирным, плотным мясом, ещё не утратившим свежести.

— Что собираешься готовить?

— Просто обжарю и с картошкой подам, — отвечает он, не отрываясь от работы.

— Просто обжаришь и всё? — переспрашиваю, и внутри просыпается азарт. — А если сначала замариновать? Мясо станет мягче, вкуснее.

Он останавливается, смотрит на меня.

— Мариновать? Чем?

— Уксусом. Или вином. Но у вас же есть ром. Можно в нём. И травы добавить. Мясо пропитается, станет нежным и ароматным. А если из того же маринада сделать соус… будет совсем по-другому.

Пит задумчиво смотрит на кусок мяса, потом на меня. Проводит рукой по подбородку.

— Ром… Если подумать, может и правда. Кислинку даст. Ладно, давай попробуем. Замаринуем.

— Минут десять-пятнадцать. Достаточно. Пока похлёбка дойдёт.

Пит соглашается, откладывает нож, и мы вместе занимаемся мясом. Странное чувство – стоять на камбузе пиратского корабля, рядом с коком, и объяснять, как мариновать мясо в роме.

Он достаёт глубокую миску, наливает ром, кидает травы, и я добавляю щепотку соли, перца, перемешиваю. Потом он опускает куски мяса в маринад, приминает, оставляя на четверть часа.

— Пит, а ты можешь рассказать про кодекс? — спрашиваю, нарезая лук. — Про правила. Я уже слышала, что пленных не трогают… Это один из пунктов?

— Да, — говорит он, помешивая. — Пленных не трогать. Если сдались – не игрушка. Это старый закон. Как и другие правила, иначе мы бы перерезали друг друга за кусок хлеба.

Вздыхает, но не отмахивается.

— Первое – добыча делится по рангу. Капитан получает больше, мы по заслугам. Второе – не воруй у своих. За это смерть или высадка на пустынный остров. Третье, ну, про пленных уже сказали.

— А если не пленница? Тогда можно?

Усмехается, но без злости.

— Тогда уже как договоришься. Но Корвин чтит кодекс, девочка. Не для того, чтобы казаться благородным. А потому что сам знает, что такое быть никем.

Молчу. Перевариваю. Пит сказал это не случайно.

— Корвин не просто так стал пиратом, да? — спрашиваю тихо, не поднимая глаз.

— Не просто так, — бросает короткий взгляд. — Но это не моя история, девочка. Спроси у него самого, если решишься.

Не спрашиваю больше. Продолжаю резать. Каждый думает о своём. Потом он поворачивается ко мне, улыбается, но в глазах что-то серьёзное: