Книга Добыча черного капитана, страница 1 – Вивьен Ламур

Солнце висело над самой водой тяжёлое, оранжевое, расплавленное. Рука сама потянулась к нему, но не достать. Только смотреть, как оно медленно уходит в море, оставляя на поверхности золотую дорожку. Ветер трепал волосы, выбившиеся из хвоста, и даже не хотелось их поправлять. Пусть.

Позади крики, смех, музыка. Олег, кажется, прыгнул в воду, и девчонки визжат, парни ржут. Дипломы сданы. Универ позади. Весь мир лежит у ног: мягкий, тёплый, обещающий.

— Кэт, иди к нам! — Лена машет рукой.

Улыбаюсь, отмахиваюсь: потом. Ещё глоток шампанского. Тёплого, кисловатого. Но главное не в нём. Свобода. Четыре года зубрёжки к чёрту. Уголовный кодекс, УПК, статьи про умысел и неосторожность. Завтра уже не вспомню, что такое часть вторая статьи сто пятьдесят пятая. В груди разливается лёгкость. Никаких экзаменов. Только море, солнце и пустой горизонт.

Ветер свежеет. По коже пробегают мурашки. Небо чистое, голубое. Только где-то далеко, у самой воды, темнеет тонкая полоса.

Не придаю этому значения.

А зря...

Когда всё случилось, никто не успел испугаться по-настоящему.

Ветер переменился мгновенно. Ещё секунду назад лёгкий, ласковый, а потом словно кто-то распахнул дверь в другой мир. Холодный шквал ударил с такой силой, что яхта накренилась, и поручень врезался в рёбра.

Бокал вылетел из руки. Стекло брызнуло по палубе, заскользило под ногами.

— Чёрт! — чей-то крик.

— Что происходит? — голос Алисы срывается на визг.

Взгляд вцепляется в стену. Чёрную, плотную, движущуюся на нас. Небо слева ещё синее, справа его уже нет. Только тяжесть, несущаяся со скоростью поезда.

— Держитесь! — капитан яхты выскакивает из рубки, но голос тонет в рёве ветра.

Пальцы впиваются в поручень. В лицо бьют первые капли: не дождь, а иглы, ледяные и острые. Топ промокает за секунду, прилипает к телу. Волосы вырываются из хвоста, хлещут по щекам мокрыми верёвками.

Яхту швыряет вверх, вниз. Внутренности подкатывают к горлу. Кто-то кричит, кто-то плачет. Зажмуриться бы, но нет: глаза впились в эту чёрную стену, что нависает уже прямо над головой.

Это просто шторм. Бывает. Просто шторм.

Но где-то под рёбрами, дрожит панический внутренний голос.

И тут…

— Катя! Катя, помоги!

Голос Лены. Бледная, руки прижаты к животу. Её выворачивает.

— Лена, назад! — крик срывает горло. — Сядь, чёрт тебя дери!

Она не слышит. Или не понимает. Лена добирается до леера, перегибается через него слишком сильно, слишком далеко. И ноги скользят по мокрой палубе.

Всё как в замедленной съёмке. Пальцы скользят по поручню. Глаза расширяются. Тело начинает падать.

Шаг. Второй.

Рука вылетает вперёд раньше, чем мозг понял, что делает. Пальцы смыкаются вокруг ее запястья, дёргают внутрь, на себя. Лена падает на палубу, всхлипывает, но уже в безопасности.

А я теряю равновесие.

И в этот момент небо гаснет.

Волны не видно. Только тень: огромная, чёрная, накрывшая солнце. На секунду тихо. Ветер затихает. Люди замирают.

А потом – удар. В спину, как бетонной плитой. Мир переворачивается, и вода обжигает лёгкие, потому что вдохнула, рефлекторно, вместо воздуха солёную горечь.

Захлёбываюсь. Кашляю. Ногти скребут по воде, но не за что зацепиться. Вода крутит, рвёт.

Вынырнуть!

Вынырнуть!

Вынырнула, на секунду. Вижу яхту. Ещё качает, но на плаву. Руки на леерах, кричащие рты. Лена тянет руки.