Книга Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка, страница 32 – Салма Кальк

Я поднялась с постели, отметила, что сегодня это даётся мне легче, чем вчера и позавчера, нашла на приступочке свои комнатные туфли и пошлёпала в умывальную. По дороге нашла в гардеробной Мари и Жанну, обе поклонились низко, Мари пошла со мной, Жанна усвистала за завтраком.

— Который час, Мари? — Кажется, наш первый посетитель придёт в девять, так мне сказали вчера?

— Недавно восемь пробило, рано ещё, спали бы, — Мари подобрала мои волосы и лила тёплую воду на руки.

— Так вот дела, куда уж спать, — отмахнулась я.

— Ну какие там дела, — начала было Мари, а потом уставилась на меня. — Или правду болтают, что вы вместо господина Гаспара теперь будете?

— Буду, — кивнула я, отфыркиваясь, и взяла полотенце — вытереть лицо.

— Куда ж это годится-то, вам бы платьев новых, да на балы, вон, говорят, наместник королевский на следующей неделе бал даёт, вам бы приглашение! Вы ж дама, куда вам по полям да по рудникам ездить!

— Разберёмся, Мари, и с полями, и с балом тоже.

Что говорить, мне хотелось посмотреть на здешний бал. Я видела, как мои бывшие современники создают подобные реконструкции, но тут-то всё самое настоящее, так?

Тем временем Мари заплела мои волосы, приколола сверху кружева и помогла одеться. Застёгивала крючки на поясах юбок, шнуровала спереди лиф.

— Эх, нужно снова Берту звать, пускай лишнее убирает, — платье всё ещё было мне велико.

— Может быть, ушить? Есть у нас портной? — А вдруг?

— Есть Большая Бланш, я спрошу, возьмётся ли она, — кивнула Мари.

Тем временем Жанна принесла завтрак — похожий на вчерашний, и с кофе, со здешним кофе. Хорошо-то как! А пока я ела, пришла Берта и двумя движениями привела мой болтающийся лиф в приличное состояние.

— Бланш? Может быть, и возьмётся, — кивнула она, когда ей изложили дело.

— А почему может не взяться? — не поняла я.

Вообще, я и сама понимаю, что нужно сделать: распустить боковые швы и рельефы и убрать в них лишнее. Но мне ощутимо не до того.

— Да она не шьёт господских платьев, — пожала плечами Берта. — Простые сорочки, да штаны, да жилетки, да дырки штопает, а с тонкими тканями не умеет. А возьмётся ли господин Дешан, здешний портной, я и не знаю, раз бал объявили, то у него, наверное, отбою нет от заказов.

Так, разберёмся. Ещё Терезу спрошу — что тут с приобретением одежды. А пока — вперёд, в кабинет.

Я успела вовремя — только вошла, как появился и господин Фабиан, а следом за ним молодой человек серьёзного вида, в чистейшем белом паричке, синем суконном камзоле и синих кюлотах, чулки его были такими же белоснежными, как и парик, а кожаные туфли украшены бантами. Если и старше Викторьенн, то ненамного.

— Вот, госпожа Викторьенн, извольте видеть — господин Палан-младший, — представил его управляющий.

— Слушаю вас, госпожа де ла Шуэтт, — господин Палан поклонился мне и сел на стул, который я ему указала.

А господин Фабиан достал вчерашнюю собачку в корзинке и установил её на стол. Пускай охраняет, правильно.

— Рада видеть вас, господин Палан. Знаете ли вы уже о завещании моего супруга?

— Да, госпожа де ла Шуэтт. Знаю. Весьма благодарен господину Гаспару, ибо за мой не такой уж большой вклад в его дело он решил вознаградить меня.

— Что ж, значит, давайте разбираться дальше. Потому что я желаю понять — что я могу, чего не могу, что может баронесса Клион, что может барон, её сын, и как нужно поступить, чтобы обезопасить имущество от посягательств. Кстати, господа, — я строго взглянула на них обоих, — я правильно полагаю, что дела у нас в порядке? Или мне следует о чём-то узнать? Чтобы, так сказать, не питать иллюзий?