Книга Лекарка для дракона, страница 17 – Лана Кроу

Я вышел так же, как и вошел, — бесшумно. А после закрыл дверь и потратил несколько минут, чтобы заново наложить защиту.

Если двоедушник — это лекарь, то спугнуть его сейчас было бы огромной глупостью, поэтому я тщательно скрыл все следы. Главное, чтобы не удрал.

Впрочем, оставленная на столе еда вселяла слабую надежду, что он еще вернется. Да и двоедушники — твари приземленные, меркантильные. Они до последнего цепляются за насиженное место и свою маску.

Хотя мой приезд мог его всполошить. Та сцена на рынке… Проклятье. Если бы я знал, к каким последствиям это приведет… Нет. Я поступил бы точно так же. Ради Ярославы. Иначе ей было не помочь.

Но двоедушник, кем бы он ни был, теперь знает, что в деревне появился дракон. А значит, он либо заляжет на дно, либо начнет готовить ловушку. Главное, чтобы его действия не коснулись Яси.

Я вернулся на рынок в самом скверном расположении духа, с горьким осадком на сердце. Несмотря на то, что время не было потрачено впустую, желаемых результатов я не достиг.

Бедного коня все еще было некому вылечить.

На подходе к коню я увидел целую толпу зевак. Они с жадностью ловили каждое слово коневода. А тот что-то активно рассказывал и даже размахивал широко руками. Увидев меня, он мгновенно замолк и опустил руки.

— Господин дракон, я коня стерег, как вы велели, — отчитался Михаил, а потом посмотрел мне за спину.

— Спасибо тебе, — искренне сказал я парнишке. Без него оставить Ворона было бы безумием. Михаил казался куда более приятным, чем коневод и толпа людей, что пришли за зрелищем.

— А где лекарь, господин дракон? — тут же спросил коневод.

— Я сам бы хотел это знать, — фыркнул я, опускаясь на корточки рядом с конем. Мой верный друг спал, и в своем забытьи был, наверное, куда счастливее, чем наяву. Я погладил его по теплой шее.

— Что же теперь делать-то, господин дракон? Как тепереча быть? — с тревогой спросил коневод. — Конь-то подохнет, в муках…

Люди вокруг закивали и зашептались, от навязчивого шепота разболелась голова.

Я с силой провел рукой по переносице, сгоняя усталость, и поднялся на ноги.

— Мне нужна повозка и пара лошадей, — твердо сказал я, обращаясь к коневоду. Тот заметно побледнел. Он явно не обрадовался моему приказу. — Я повезу коня к Ярославе.

И буду верить всей душой, что хоть Яся сумеет ему помочь.

Яся

Многие моменты я старалась не упоминать. Не было смысла рассказывать, как я рыдала над пепелищем собственного дома. Не было смысла упоминать, как сельские жители озлобились на меня, как тыкали пальцами, как называли нечистью… Не было смысла рассказывать, как я выживала те ужасные годы, когда была еще ребенком и не знала, что дальше делать, и только Тео заботился обо мне.

Я старалась говорить только по делу, только про смерть родителей и загадочную смерть бабушки. А эмоции и чувства старалась оставить себе.

Но, несмотря на то, как я старалась, слезы то и дело опаляли щеки от болезненных воспоминаний. А руки предательски тряслись.

В конце рассказа Анна накрыла мою ладонь своей. Я вздрогнула и посмотрела на нее. От нее исходили тепло и спокойствие. А на лице было искреннее сочувствие.

Она была первой, кому я доверилась рассказать. И это было по-настоящему сложно.

— Мне жаль, — искренне прошептала Анна.