Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 145 – Кейли Смит

Ковин уже задавал похожий вопрос, когда вынырнул из люка и застал их в максимально неловком положении. Роуин чуть не оторвал брату голову за столь несвоевременное вторжение, но, разумеется, Ковин не мог уйти из-за правил игры.

— Хватит о Ноксе, – отрезал Роуин.

Ковин поднял руки, изображая невинность.

— Я просто поддерживаю беседу.

— Придумай какую-нибудь другую тему, – проворчал Роуин.

— О! У меня вопрос, – оживилась Женевьева. – Твой язык… было больно?

Ковин ухмыльнулся и скользнул раздвоенным языком между зубами, словно змея.

— Не особо. У меня вообще высокий болевой порог.

Женевьева перевела взгляд на Роуина.

— А у тебя? Тоже?

— Рождение в нашей семье это гарантирует, – подтвердил Роуин.

Ковин поднялся и подошел к барной тележке, чтобы налить себе выпить.

Женевьева наклонилась и прошептала Роуину на ухо:

— А пирсинг на твоем…

Роуин ухмыльнулся.

— Да, вот это было чертовски больно.

— И давно он у тебя? Я первая, кто…

— Увидел? Лизнул? – тихо уточнил он. – Да.

— Я вас слышу. Может, хватит обсуждать член Роуина в моем присутствии? Думаю, я и так сегодня достаточно настрадался. Хватит на целую вечность, – проворчал Ковин, запрокинул голову и осушил стакан виски.

Справедливо.

— Сколько осталось времени? – спросила Женевьева.

Братья одновременно достали карманные часы.

— Пятнадцать минут, – первым ответил Ковин.

— Думаю, можно спускаться, – предложил Роуин, поднимаясь с дивана и потягиваясь. – Я настроен лечь спать. Может, почитать книгу.

Ковин одарил его выразительным взглядом, говорящим: «Ну да, конечно».

— Скучаешь по «Темнейшим желаниям дьявола»? – поддразнила Женевьева.

— Да, – ответил Роуин. – Я остановился на моменте, где дьявол приводит любовницу в тронный зал и засовывает свой…

— Если ты произнесешь слово «член», я тебе такую взбучку устрою, мало не покажется, – пригрозил Ковин.

Женевьева рассмеялась – и вдруг почувствовала, что кольцо на пальце начало нагреваться. Роуин сразу понял, что происходит, – оказалось достаточно одного взгляда.

Он выругался и бросился к люку, но было поздно.

— Так-так, – рассмеялась Эллин, забираясь в комнату. – Похоже, я нашла вечеринку. Вы вообще в курсе, что во время игры в прятки надо молчать?

— Нам надоело ждать, пока ты научишься играть, – парировал Ковин.

— Эллин… – начал Роуин, но она оскалилась и оборвала его прежде, чем он успел договорить.

— Хватит, – рявкнула она. – Жди своей очереди.

Ее внимание переключилось на Ковина.

— Эй, – оборонительно поднял руки Ковин, – я пошутил.

— Ты отрезал мне ухо! – взвизгнула она. – Знаешь, сколько времени нужно, чтобы заново отрастить часть тела? Это хуже, чем когда Роуин свернул мне шею!

Женевьева присмотрелась, пытаясь понять, с какой стороны не хватает уха, но прическа Эллин все прекрасно скрывала.

— Левое, – прошептал Роуин.

— Заткнись, – прорычала Эллин.

Ковин воспользовался моментом и попытался удрать, но Эллин оказалась быстрее. Она подскочила к брату и вонзила клинок ему в живот.

Он выругался, согнулся пополам и выдернул клинок, а потом прорычал:

— Роуин, не хочешь помочь?

Роуин не пошевелился.

— По-моему, ты прекрасно справляешься.

— Придурок, – прошипел Ковин, уклоняясь от очередного удара.

Так продолжалось некоторое время: они изматывали друг друга, сражаясь и переворачивая мебель, а Роуин старался сохранить в безопасности Женевьеву. В конце концов Ковин все же одержал верх – его кулак прилетел Эллин в живот. Она выронила клинок, и ее вырвало.