Книга Энчантра. Тринадцать клятв, страница 67 – Кейли Смит

Она взглянула на мрачного Роуина.

— Что случилось? Наверху?

— Сейчас не до разговоров, – ответил он.

— Охотничий Клинок выберет первого охотника, – объявил Нокс восторженной публике.

Дьявол поднял сверкающий кинжал, словно священное подношение, а потом просто… отпустил. Зачарованный клинок завис в воздухе – Нокс и Баррингтон покинули круг, а Женевьева затаила дыхание, ожидая решения. Клинок медленно принял горизонтальное положение и начал вращаться по кругу мимо Эллин, Уэллса и Ковина, пока наконец не остановился на…

…Грейве.

Роуин напрягся.

Клинок взмыл в воздух, словно стрела, нацеленная прямо в сердце Грейва. Тот встретился с Женевьевой взглядом и схватил оружие за рукоять – еще несколько сантиметров, и его бы пронзили. По лицу Грейва расплылась злобная ухмылка, а из зала послышались одобрительные возгласы и стоны разочарования.

— Маскарад окончен, – объявил Нокс. – Хочу поблагодарить всех за еще один чудесный праздник равноденствия. Если ваша фамилия не Сильвер, пожалуйста, немедленно возвращайтесь к вратам ада.

Улыбка дьявола стала злобной.

— Если останетесь здесь, ваша участь незавидна.

Толпа начала расходиться. Несколько гуляк в масках пожелали удачи своим фаворитам. К изумлению Женевьевы, они вели себя так, словно Роуин и его семья – знаменитые артисты, а не заложники трагического проклятия.

— Какую игру выбираешь, Гревингтон? – спросил Нокс.

— Блуждание по комнатам, – объявил Грейв.

Все застонали. Кроме Роуина, чье лицо оставалось бесстрастным, словно камень.

— Иди на хрен, ублюдок, – проворчал Ковин.

Роуин точно объяснял Женевьеве правила этой игры во время экскурсии, но теперь она никак не могла их вспомнить. Произошло слишком много всего. Кроме того, ей постоянно хотелось, чтобы он умолк.

— У вас есть десять минут, чтобы спрятаться – и они начинаются прямо сейчас, – заявил Нокс, бросая многозначительный взгляд на Женевьеву.

Грейв остался на месте, а Ковин и Реми бросились бежать. Следом поспешили Эллин и Уэллс – в противоположном направлении. Остались только Женевьева, Роуин и Севин.

Роуин повернулся к ней, прильнул губами к ее уху и прошептал:

— Подожди меня в фойе. Мне нужно кое-что сде- лать.

— Но… – протестующе пробормотала Женевьева, наблюдая, как он устремился к лестнице.

— Хочешь совет, милая? – предложил Севин, глядя Роуину вслед. – Если Грейв улыбается, беги.

С этими словами он покинул зал.

Одного взгляда на Грейва оказалось достаточно, чтобы Женевьева наконец сдвинулась с места. Она бросилась в сторону фойе, проталкиваясь сквозь толпу гостей.

Зритель в маске белого медведя свистнул ей в коридоре.

— Если вы с Роуином устроите хорошее представление, я проголосую за тебя как за фаворита. Хочу посмотреть, правда ли у него пять сережек в головке…

— Заткнись и сдохни, – отмахнулась Женевьева.

Когда разошлись последние гости, она по-прежнему шагала взад-вперед по фойе, отсчитывая в уме минуты и дожидаясь появления Роуина. Когда осталось всего две, а он так и не появился, Женевьева слишком занервничала, чтобы продолжать ожидание.

Черт бы его побрал. Неужели это все обман?

Она не собиралась дожидаться, чтобы выяснить. Она могла делить с Роуином что угодно – клятвы, поцелуи, постель, – но главное – помнить: доверять следует прежде всего себе.