Книга Сокол для Ягодки, страница 82 – Ольга Дашкова

— Дай пройти.

— Нет, Света. Нет, постой, милая, я все сейчас объясню. Что ты ей наговорила?

— Ничего, только правду, чистую правду.

— Свет, между нами ничего нет, да и не было, я уверен. Я люблю тебя, только тебя – с того самого дня, как встретил вот в этом доме, когда ты пришла, а потом мы целовались на морозе.

— Замолчи, я тебя прошу, замолчи, – Света не говорила, а шептала, первые капли слез обожгли дорожками щеки. Сердце разрывалось на части, хотелось просто исчезнуть, не быть здесь, вообще нигде не быть.

— Ягодка моя, любимая, милая, самая лучшая. Я хочу быть с тобой, любить тебя, позволь мне это сделать, – Паша гладил по лицу, стирая слезы, а самого выкручивало от боли и обиды. – И это не мой ребенок, баба Зоя подтвердит, она слышала разговор.

— Нет, отпусти, не оправдывайся, это смешно.

Соколов не знал, что делать, понимал, что если он сейчас отпустит Ягодку, то все, он ее потеряет навсегда, и не видать ему счастья, именно так сказала цыганка Жанна.

— Паша, что ты такое говоришь? Ты не любишь меня, это я стерплю, но как же наш ребенок? Он не виноват, что скоро появится на свет.

Лида рыдала, театрально обнимая живот, кусая губы, понимая, что ей, конечно, не быть с Соколовым, скорее всего, но вот напоследок жизнь она ему изгадит. За то, что отверг и променял на какую-то рыжую деревенскую толстуху.

Это она должна быть счастливой, и это ей должны признаваться в любви!

— Нет, даже не думай, я тебя никуда не отпущу, пока мы во всем не разберемся!

Павел был настроен решительно, держал Светлану за руку, а вот Калинкина была совсем без сил, даже сделать шаг в сторону было тяжело. Вся эта ситуация была похожа на дрянной сериал, какие крутят по телевизору днями и ночами. Не хватало только загадочной музыки и появления еще кого-то.

— Лида, прекрати лить слезы! Если ты расскажешь всю правду, то мы разойдемся мирно, если нет, то будет долгий процесс с анализом ДНК и прочей волокитой.

Ермолаева вытерла слезы, оглядела Соколова, потом эту странную рыжеволосую девушку, которой Павел только что признавался в любви. Надо всегда стоять на своем, как бы жизнь ни прижала тебя к стенке. За те несколько месяцев, пока еще не родился ребенок, много что может произойти.

— Лида?

— Я не понимаю, что ты хочешь от меня услышать? Чтобы я соврала? Так я могу, как скажешь. Хорошо, это не твой ребенок, я сама не знаю, от кого он. Так? Ты счастлив?

Девушка выкрикнула с обидой, села на стул, отвернулась.

— Паша, давай не будем продолжать весь этот цирк, отпусти.

— Нет, Свет, я знаю, что там сейчас у тебя в голове, и если отпустить, то ты мне уже никогда не поверишь.

«Ой, да кто ему уже поверит? Облажался дальше некуда, пудрил мозги, а у самого женщина, да еще и беременная».

«Все могут ошибаться, а вдруг это правда не его ребенок?»

«Второго шанса достоин каждый. Хотя это будет уже третий».

Снова шла борьба между здравым смыслом, разумом и сердцем. Света решила остаться, добить себя окончательно, закопать потом все чувства очень глубоко, утрамбовать плотнее и жить как-то дальше.

— Посиди здесь и никуда не уходи.

Но не успела Светочка опустись свою пятую точку на стул, как в дом ворвалась Лаура вместе с Громом.

— Так, и что здесь происходит? Ты так и не избавился от этой кикиморы? А я тебя, Соколов, предупреждала, что принесу ружье – и хана твоим бубенцам.