Книга Султан на побегушках, страница 72 – Дарья Донцова

В кабинете Грызкина около письменного стола стоял стройный мужчина. Он выглядел моложе своих лет. Матвей Филиппович протянул мне руку и голосом, который мог бы вызвать зависть у Федора Шаляпина, произнес:

— Прошу садиться.

Сам он устроился в кресле. Я начал беседу.

— Ко мне обратилась Татьяна Мироновна Никитина. Вам знакомо это имя?

— В близких и родственных отношениях мы точно никогда не состояли, — улыбнулся доктор. — Допускаю вариант ее обращения ко мне с некоей проблемой по здоровью ее ребенка. Но тогда я не имею права нарушать врачебную тайну до запроса суда или правоохранительных органов.

Я решил прикинуться дурачком.

— Просто поинтересовался, общались ли вы с женщиной.

— Нет, — спокойно отреагировал врач. — Повторю, между нами не было близких или родственных отношений. Почему она заинтересовала вас?

— В разговоре со мной Никитина упомянула вашу фамилию, — ответил я и процитировал: — «Никто из родни отсудить жилье не сумеет, а если попытаются, спокойно скажи им: “Я давно знакома с Матвеем Филипповичем Грызкиным, попрошу его помочь мне», — и смело иди к мужчине. Он живо разберется, не даст тебя в обиду”.

Хозяин кабинета откинулся на спинку стула.

— У меня память не как у компьютера. Возможно, мы контактировали, но не помню ее.

— Ее мать зовут Ксения Михайловна, — гудел я в одну дуду.

Лицо доктора оставалось невозмутимым, он развел руками.

— Могу вспомнить тех, кто не один месяц лечился от бесплодия, а потом родил ребенка, а вот если имело место одноразовое обращение, то я просто забыл пациентку. И рад помочь, да не получится.

— Вы помогаете детям-инвалидам.

— Нет, — возразил медик.

— Нет? — удивился я. — Информация в прессе о создании вами деревни для таких детей ложная?

— Нет, про деревню правда. Иван Павлович, — спокойно заговорил Матвей Филиппович, — эти ребята появились на свет с неизлечимыми недугами. Почему все знатные семьи и в России, и в других странах вели книги, в которые тщательно заносились сведения о членах фамилий? Указывалась дата появления на свет, чем болело дитя, потом чем болел человек, когда вырос, какова причина смерти. Не знаю, кто первым из наших предков додумался до цепочки «Я страдаю грудной болезнью, кашляю кровью, слабею. Мой отец рано скончался от такого же недуга. И дед, и прадед умерли, едва дожив до тридцати из-за той же напасти. Может, у нас кровь плохая? Если я женюсь на абсолютно здоровой девице, то, возможно, наш ребенок не получит чахотку, из-за которой гибнет наш род?»

Грызкин сложил руки на груди.

— До большевистской революции ведением таких кондуитов занимались почти все дворяне, купцы и просто обеспеченные граждане. Если в одной семье сыновья выше метра шестидесяти не вырастали, то не следовало женить их на девицах на десять сантиметров ниже, потому что иначе на свет у пары появятся детки ниже родителей. Эдак через столетие у нас до размера мышей дело дойдет. В брак тогда вступали один раз на всю жизнь, разводы случались, но редко. Поэтому сваха осматривала юношу и девушку со всей старательностью. Потенциальная невестка — очень уж худая, нервная, бледная, не чахотка ли у нее? Такая нам не нужна, поищем румяную, корпулентную, кровь с молоком. У возможного жениха зубы гнилые? Ой-ой, у юноши с желудком беда!