Книга Султан на побегушках, страница 74 – Дарья Донцова

Я оставил женщин беседовать, пошел в ванную, потом поспешил к Ирэн.

Почему-то стало тревожно. Если мама Олега захотела побеседовать на своей территории, значит, речь пойдет не о покупке желатина и рецепте пирога.

Ирэн усадила меня в столовой, налила чай и начала:

— Ванечка, тебе удобно работать в одном доме, а спать в другом? Если погода хорошая, вечер теплый, дождя и снега нет, то прогуляться приятно. Но в слякотном ноябре, ледяном декабре, снежном январе, ветреном феврале, зябком марте шагать по лужам, снегу… Тебе такое по вкусу?

— Ну… — забормотал я, — дома расположены рядом, и альтернативы нет…

— Объясняю ситуацию. У меня есть младшая сестра Элиза. Ты о ней не слышал. Отношения наши напоминают американские горки: то Эли милая, ласковая замужняя дама, то гадкая особа в разводе. Настроение и, соответственно, поведение сестры напрямую зависят от того, есть у нее законная половина или мадемуазель — в свободном полете.

Ирэн покачала головой.

— Впервые она побежала в загс, когда только-только справила восемнадцатилетие, и с той поры так и живет: замужество — развод — замужество — развод. Я давно перестала считать ее супругов. Конечно, пытаюсь запоминать их имена, но они так часто и быстро меняются! Чтобы не ошибиться, решила обращаться к мужчинам «дорогой» и «милый». К тому же Элиза бездумно тратит деньги. Отложить некую сумму на черный день? Да никогда! Записей расходов она не делает. На все мои просьбы завести тетрадь, записывать расходы-приходы, получаю ответ: «Я не такая зануда, как ты. Живу в радости, не чахну над каждой копейкой. Покупаю хорошие, яркие, красивые вещи. Не смотрю на людей, как на блох. Ты просто мне завидуешь». — Ирэн Львовна сцепила пальцы рук в замок. — У нее были хорошая квартира, дача, машина — наследство от наших родителей. Они все что имели завещали младшей, мне ничего не досталось.

— М-да, — буркнул я. — Не хочется осуждать их, но, право, странно облагодетельствовать одного ребенка и наплевать на другого.

Ирэн улыбнулась.

— Ванечка, я тогда уже была замужем за прекрасным человеком, родился Олежек. У нас есть жилье, оба работаем. А Элиза… она прогнала очередного супруга, рыдает в одиночестве… Сокращу свое выступление, чтобы надолго не задерживать тебя. Ты знаешь, что мой сын обожает меня, а я одно время не работала. Потом стало скучно жить, Олежек мне купил магазин. Ты же в курсе!

— Да, — улыбнулся я. — В вас проснулся бизнесмен, вы сейчас управляете целой сетью торговых точек для животных.

— Ой, скажешь тоже! — смутилась Ирэн. — Всего-то четыре лавки. Но не обо мне речь. Элиза сейчас в очередной раз одинока, и она придумала… О господи! Увы, я узнала обо всем, уже когда пропала возможность что-либо изменить. Сестра приобрела галерею! Принялась выставлять там, как она мне объяснила, «работы талантливых, которых никто не ценит». Собралась устраивать аукционы, приемы, решила стать главной на ниве продажи пейзажей и портретов. — Ирэн улыбнулась. — Как думаешь, что получилось?

— Ну, наверное, через год заведение прогорело, — предположил я.

— В точку, — кивнула Ирэн. — Элиза затеяла продавать по цене картин Модильяни мазню Виктора Белкина, о котором никто не знает.

— Рискованная затея, — заметил я.

— Эпилог авантюрного романа. Угадай, какую роль бесталанный Белкин играл в жизни Элизы.