Книга Раздевайся, отличница!, страница 142 – Марципана Конфитюр

В «аквариуме» для подсудимых Вэнс сидел в обычных джинсах и кроссовках, да в той самой желтой кофте с нашего с ним единственного полноценного свидания. Уж не знаю, потому ли, что на нём не было стильного костюма и старательно подобранного галстука, или ещё по какой-то причине, но мне показалось, что блеск его как-то померк. Впрочем, и прекрасная причёска, и лениво-игривая полуулыбочка, и идеальные черты тщательно выбритого лица — всё это было по-прежнему в наличии, но казалось мне уже не привлекательным, а пустым и бессмысленным, словно блестящая упаковка от давным-давно съеденной шоколадки. Разве что, когда Вэнс стал вещать своим бархатным голосом, моё сердце на мгновение рефлекторно замерло.

— Итак, вы уговорили ректора Академии нанять банду головорезов под видом уборщиков и поваров, распропагандировали своих коллег... — Произнёс судья. — Кстати, это было только убеждение? Или вы им еще что-то пообещали?

— Совершенно ничего, кроме смысла в жизни, — улыбнулся мистер Вэнс. — Людям с нашими регалиями, с нашими талантами давно претило сидеть под камерами на этом чёртовом острове и служить няньками великовозрастным балбесам, воображающим себя хозяевами земли! Элдриджу хотелось остаться в истории, Хаммелю — стать новым Режи Дебре, Грюнвальд в свободное время вообще только и говорил, что о злодействах капитализма и необходимости тотальной деколонизации. Олби просто я нравился.

— Миссис Олби сама нам расскажет, что ею двигало, — прервал судья Вэнса. — А наёмники? Вы, значит, им платили?

— Разумеется.

— И откуда у вас столько денег?

— Ну я же всё-таки не заурядный учитель обществознания из сельской школы. В Академии очень и очень хорошо платили. Я провёл там семь лет жизни. Тратить деньги было некуда...

— А что это за история с якобы преподаванием какого-то мракобесия в Академии?

— Это было не «какое-то мракобесие», а все основные теории заговора, бережно собранные мною и превращённые в подобие учебных предметов. Я ведь уже рассказывал, что как раз тогда занимался дистанционным исследованием о влиянии на психику человека посредством внушения ему взаимоисключающей информации. Ну вот мы и решили, раз уж этот учебный год станет годом нашего восстания, вместо обычной учёбы поставить над студентами эксперимент. Разделили между собой «предметы», набросали учебные планы... За лето я с помощью нейросетей накропал «учебники», издал их за свой счёт, купил разных книжек о плоской земле и о зелёных человечках...

— И студенты ничего не заподозрили? — Спросил судья с сомнением.

— Ни один! Мне даже удалось убедить их в том, что копия микельанджеловского Моисея с рожками у фонтана при входе в учебный корпус — это статуя Бафомета. А то мероприятие, где всё произошло, мы анонсировали как «Бал иллюминатов», где студентам предполагалось пройти некую магическую инициацию. Только жаль, мои коллеги преподавали всё это без должного вдохновения! А то бы получилось ещё лучше...

Судья взглянул на Вэнса как на сумасшедшего. Но интересного сумасшедшего.

— Я планирую изложить результаты этого эксперимента в своей следующей работе, — сказал Вэнс.

— Полагаю, у вас будет на это немало времени... Так, мистер Вэнс! А что за история произошла у вас с мисс Вуксанович? Вы состояли с ней в интимной связи?