Онлайн книга «Эхо флейты из Гаммельна»
|
Я подумала, что если бы старуха не отдала Ане злополучное письмо, то, возможно, она сейчас была бы жива. Впрочем, кто знает? История очень запутанная… — Так что не знаю, почему Аня тебе не отвечает, — добавила старуха, — номер ее могу дать. Я записала ненужный мне номер и сердечно распрощалась со словоохотливой бабусей, хотя она явно соскучилась по собеседнику и могла говорить еще долго, но я взглянула на часы и заторопилась, якобы вспомнив, что нахожусь в командировке. На обратном пути к метро я решила срезать дорогу и пошла по другому пути, между двумя рядами типовых пятиэтажек. И тут, на этом пути, я увидела на двери первого этажа неброскую вывеску: «Переплетная мастерская Гутенберг. Мы подарим вторую жизнь вашей книге». Я резко остановилась. Ведь это та самая мастерская, квитанцию из которой я нашла в сумочке Анны! Вот, оказывается, куда она сдала книгу — в переплетную мастерскую! А я-то гадала, в какой мастерской принимают книги, хотя ответ казался очевидным… Я поднялась по ступенькам, толкнула дверь. Звякнул дверной колокольчик, и я словно перенеслась на машине времени в другую эпоху. Для начала: в этой мастерской стоял какой-то особенный, необычный запах — чуть сладковатый, чуть приторный. Почему-то мне показалось, что здесь пахнет прошлым. По стенам были развешаны черно-белые гравюры в деревянных рамках — изображения каких-то средневековых зданий, портреты людей в старинной одежде и даже в рыцарских доспехах. Часть помещения была отгорожена резным деревянным прилавком, позади которого стояло несколько шкафов и стеллажей, заполненных книгами. Книги здесь были самые разные — и новые, в глянцевых ламинированных обложках, и старые, переплетенные в дерматин и даже в кожу. На одном из шкафов сидела большая сова. Сова смотрела на меня круглыми, умными, недовольными глазами. Кроме нее я не заметила в мастерской ни одной живой души. Впрочем, и сову трудно было назвать живой — наверняка это было чучело. Я подошла к прилавку и проговорила: — Есть кто-нибудь? Тут же из-под прилавка вынырнул маленький старичок с длинными седыми волосами и пышными усами, в свободной холщовой блузе, испачканной краской. На лбу у него красовались круглые очки в металлической оправе. — Это столярный клей, — проговорил он мягким бархатным голосом. — Что, простите? — переспросила я удивленно. — Этот запах, который вы почувствовали, — это запах столярного клея, который мы используем. Впрочем, кроме клея здесь пахнет старой бумагой и кожей. Увидев удивление в моих глазах, он улыбнулся и добавил: — Я заметил, что вы принюхиваетесь, и пояснил. Так чем я могу вам помочь? Вы принесли мне какую-то книгу? — Нет, я хочу получить вот эту книгу… Ведь это ваша квитанция? — И я положила на прилавок перед старичком бумажку, которую нашла в сумке Анны. Старичок спустил очки со лба на нос, посмотрел на квитанцию и крикнул куда-то в пространство: — Боренька, это твой день! Тут же из глубины помещения возник второй, точно такой же старичок — с такими же седыми кудрями, с такими же пышными усами, с такими же круглыми очками на носу. — Давай сюда, Глебушка! Брат — а в том, что передо мной братья-близнецы, не приходилось сомневаться — протянул ему квитанцию и пояснил в ответ на мой невысказанный вопрос: |