Книга Эхо флейты из Гаммельна, страница 22 – Наталья Николаевна Александрова

Я шла по этой улице несколько минут, прежде чем нашла дом номер двадцать. Это был шестиэтажный кирпичный дом с выступающими эркерами по сторонам фасада и башенками на крыше. Дом был красивый, как и многие дома в этом районе.

Я подошла к первому подъезду.

Слева от этого подъезда была укреплена доска с номерами квартир, и здесь меня ждал неприятный сюрприз.

Как во многих домах старого фонда, квартиры в этом доме шли не по порядку. На первом этаже, как и ожидалось, располагались квартиры с первой по четвертую, а вот на втором почему-то находились шестая, восьмая и двенадцатая. Пятая квартира была на третьем этаже, седьмая и девятая — на четвертом…

Во всяком случае, квартиры номер восемьдесят четыре в этом подъезде не было.

Я растерянно огляделась и пошла вдоль дома.

Навстречу мне попался представительный кот — черный, с белой грудкой и белыми носочками на лапах, он был так преисполнен чувством собственного достоинства, что мне невольно захотелось вежливо поздороваться с ним.

Кот прошел мимо меня, гордо подняв хвост.

Следом за ним появилась старая дама с карликовым пуделем абрикосового цвета на поводке. Именно дама, а не старуха или даже пожилая женщина. В этой даме чувствовались порода и достоинство — не меньшее, чем в коте.

Одета она была довольно скромно, но прямая спина, а главное, выражение лица придавали ей аристократический вид.

Пудель приветливо гавкнул.

Тут и его хозяйка заметила меня, остановилась и благосклонно спросила:

— Эскюзе муа, мадмуазель, ву шерше кельке шуз?

Увидев мое растерянное лицо, дама с собачкой немного смутилась и проговорила:

— Пардон муа… вы что-то ищете?

— А, да… я ищу восемьдесят четвертую квартиру.

— Ах, восемьдесят четвертую… она во дворе, это вам нужно войти вон в ту арку…

Только сейчас я увидела арку, скрытую за углом дома.

Дама с собачкой проследовали дальше, а я прошла в арку и оказалась в типичном питерском дворе-колодце, в дальнем углу которого находился еще один подъезд.

Около этого подъезда также была доска с номерами квартир, на которой я прочитала, что нужная мне находится на самом верхнем, седьмом этаже.

Да-да, хотя с улицы этот дом выглядел шестиэтажным, в дворовом флигеле имелся еще и седьмой этаж, видимо, переделанный из прежнего чердака, а может, просто надстроили. Антон показывал мне как-то дом, там три этажа были каменные, а верхний — деревянный. И ничего, живут люди…

Лестница была удивительно крутая и темная, лифта здесь, разумеется, не было.

Я начала восхождение, чувствуя себя покорителем Эвереста или, на крайний случай, Килиманджаро.

На втором этаже мне навстречу попался тот самый представительный кот — черный, в белых носочках и с белой грудкой. Или его полный двойник, потому что тот кот вряд ли успел бы обогнать меня и проникнуть в этот подъезд.

Кот в это время сосредоточенно поедал рыбью голову и взглянул на меня крайне неодобрительно — мол, ходят тут всякие, спокойно поесть не дадут…

Я извинилась и пошла дальше.

Больше никто мне по дороге не встретился, только постоянно попадались настенные надписи, нелицеприятно характеризующие обитателей этого дома. Особенно часто упоминался некий Стас Новоселов, самой мягкой его характеристикой было «козел».

Наконец я поднялась на верхний этаж.

Здесь была единственная квартира, та самая, номер восемьдесят четыре.