Книга Измена. Ультиматум на всю жизнь, страница 18 – Ася Исай

— Наташа…

— Ты молодец, Элин. Правда. Но он не виноват, что влюбился. Подумай об этом.

Едва договорив, исчезает в толпе, не давая мне время передумать.

Борис останавливается от меня в двух шагах.

Глава 12

Шум праздника за спиной тает. Музыка стихает. И кажется, будто в коридоре Дома культуры остаётся только гулкое эхо собственных шагов и тяжёлое биение крови в висках.

Борис стоит так близко, что я различаю каждую морщинку в уголках его тёмно-карих глаз.

Воздух между нами густой, пропитанный запахом его парфюма и лёгкой свежестью мокрого снега, что принесли с улицы последние гости.

Сердце колотится неровно, будто пытается убежать от паники и едва успевает. В горле пересохло, хотя шампанское ещё кружит голову лёгким, предательским теплом.

Он не отводит взгляда. Ни на секунду. И от этого взгляда по позвоночнику пробегает дрожь. От того, как сильно я хочу, чтобы всё было по-настоящему. Вот только для начала нужно кое-что прояснить.

— Борис, — включаю строгую училку. — Это все твоих рук дело? — протягиваю ему рамку с грамотой.

Слова выходят излишне резки и чересчур драматичны, но я не жалею. Я устала прятаться. Ненавижу, когда правду обволакивают сладкой ложью, пока она не превращается в яд.

Борис чуть прищуривается, но не отводит глаз. Его пальцы едва заметно сжимаются в кулаки в карманах.

— Нет, Элина, — так же официально отвечает, но в отличие от меня, не пытается играть в серьезность и улыбается открыто. — Не моих рук. Но мог бы… поговорить с кем-то из жюри, да. Но я этого не делал. Твоя победа результат только твоего таланта и знаний. Только то, как ты держала зал. Видел, как Арина смотрела на тебя из первого ряда. Будто ты единственный человек, который умеет превращать страх в свет. Так что… Я сегодня здесь исключительно как представитель спонсора.

— Только приехал владелец компании вместо рядового менеджера?

— Хотел лично увидеть и поздравить одну красивую учительницу

— А если бы я не выиграла? — прищуриваюсь, ожидая ответ, а он, не заставляя себя ждать, наклоняется и шепчет.

— Я в тебе ни на секунду не сомневался, — его слова пробегаются теплой волной по шее и оседают где-то глубоко в сердце.

Я выдыхаю. Плечи опускаются, а в груди разливается странное, почти болезненное тепло.

Хочется поверить. Очень. Так сильно, что эта искорка, залетевшая в сердце освещает его полностью. Я смотрю на его лёгкую щетину, которую он не успел сбрить, на то, как белая рубашка облегает грудь… И внутри всё тянется к нему. К этому спокойствию.

— Я… — начинаю, прижимая грамоту к себе как щит. — Я хочу верить тебе, Борис. Хочу. Потому что, если это правда… Если ты не играешь, как все…

Он делает полшага ближе. Теперь между нами меньше полуметра. Я чувствую тепло его тела сквозь тонкую ткань моего платья. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, фантазия моя разбегается, и кожа на лопатках покрывается мурашками.

— Ты не представляешь, как я ждал этого момента, — говорит тихо, и в его голосе проскальзывает улыбка, которая не доходит до глаз. — Потому что ты — это ты. Упрямая. Сильная. Та, что даже сейчас спрашивает прямо, вместо того чтобы молчать и делать вид.

Улыбаюсь в ответ. Щёки горят. В животе порхают бабочки, глупые, подростковые, которых я уже давно не должна чувствовать.