Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 109 – Кати Владмар

И еще более странным было то, что мы никогда не говорили о детях. По условиям нашего брачного контракта я должна была родить наследника в течение трех лет, иначе брак будет расторгнут, а я отправлюсь в монастырь. Но с тех пор, как наши отношения изменились, мы ни разу не обсуждали этот пункт договора. Возможно, Родерик считал, что у нас еще достаточно времени. Или, может быть, как он однажды сказал, наш брак больше не был формальностью, и условия контракта уже не имели значения. Но все же, почему мы избегали этой темы?

За размышлениями я не заметила, как мы въехали в город. Только восторженный возглас Софи вернул меня к действительности.

— Смотрите! Смотрите, как красиво! — воскликнула она.

Я повернулась к окну и невольно ахнула. Центральная площадь столицы преобразилась до неузнаваемости. Огромная рождественская ель, установленная в самой середине, сияла сотнями свечей, заключенных в специальные стеклянные фонарики. Серебряные и золотые звезды, нити жемчуга и красные ленты обвивали ее величественные ветви. Вокруг ели расположился праздничный базар — десятки киосков, украшенных еловыми гирляндами и остролистом, предлагали рождественские сладости, игрушки и сувениры.

Улицы, ведущие от площади, были украшены не менее роскошно. Фонарные столбы обвивали гирлянды из вечнозеленых растений, перевитые красными и золотыми лентами. На каждом доме висели венки из остролиста с яркими ягодами и шишками, а в окнах мерцали свечи, создавая атмосферу уюта и праздника. Между домами были натянуты гирлянды из разноцветных флажков и бумажных фонариков, которые покачивались на легком зимнем ветру.

Но самое удивительное зрелище представляли собой люди. Несмотря на морозный вечер, улицы были полны гуляющих. Дамы в роскошных меховых манто и муфтах, с яркими шалями и капорами, украшенными перьями и лентами. Мужчины в элегантных пальто и цилиндрах, с тростями и в перчатках из тонкой кожи. Дети в ярких шапочках и шарфах, с раскрасневшимися от мороза и возбуждения щечками. Все они спешили на праздничные мероприятия, останавливались у киосков, чтобы купить горячий пунш или имбирные пряники, смеялись и поздравляли друг друга с наступающим праздником.

— Никогда не видела столько людей сразу, — прошептала Софи, не отрываясь от окна. — И все такие нарядные!

— В Рождество столица всегда преображается, — сказал Родерик с улыбкой. — Когда я был маленьким, родители всегда привозили нас с Филиппом сюда на праздники. Мама говорила, что нигде больше не чувствуется такой дух Рождества.

В его голосе звучала теплая ностальгия, и я подумала, что, возможно, эта поездка значит для него гораздо больше, чем просто визит на бал. Это было возвращение к счастливым воспоминаниям детства, которыми он теперь хотел поделиться с Софи… и со мной.

Я смотрела на радостное лицо Софи, на мягкую улыбку Родерика и чувствовала, как меня наполняет тихое счастье. Я так надеялась, что наш первый совместный праздник подарит всем троим только радость, станет началом новой семейной традиции, которую мы будем бережно хранить долгие годы.

Я проснулась от непривычных звуков: цоканья копыт по мостовой, отдаленных голосов и звона колоколов. Городской дом Бельмонтов располагался в тихом аристократическом квартале, но даже сюда доносилось дыхание столичной жизни. Потянувшись, я взглянула на соседнюю подушку — Родерик уже встал.