Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 45 – Кати Владмар

Он разжал пальцы, и я, не дожидаясь новых приказаний, бросилась прочь. Завернув за угол, я перешла на шаг — надо же, как быстро я усвоила, что герцогине, пусть даже опальной, не пристало носиться по коридорам подобно перепуганной горничной. С губ сорвался нервный смешок, несмотря на всю серьезность положения.

В своей комнате я опустилась в кресло, чувствуя, как дрожат колени. Гнев герцога пугал, но еще больше угнетало осознание собственной беспомощности. Сколько можно жить подобным образом, подчиняясь чужим прихотям и порядкам?

За окном шелестели деревья, где-то вдалеке слышался цокот копыт: жизнь текла своим чередом. А я сидела здесь, в комнате, которую наивно пыталась превратить в пусть и временный, но дом. Как глупо было надеяться, что этот уголок действительно станет моим. Теперь же я, словно нашкодившая шавка, сижу и жду наказания от своего хозяина.

Но что я могу сделать? У меня нет ни денег, ни связей. Я даже не знаю законов этого мира, не понимаю, как здесь живут женщины за пределами поместья. Смогу ли я найти работу? Где искать жилье? Как защитить себя?

Нужно быть умнее. Нельзя начинать действовать, тщательно не разобравшись в ситуации. Сначала необходимо узнать больше о правилах и возможностях. А пока… пока придется играть роль послушной жены. По крайней мере, внешне.

Но в данный момент это не самая главная проблема, в первую очередь я должна пережить то, что неминуемо ждет впереди. Герцог не из тех, кто быстро остывает, и на этот раз он явно не ограничится простым запретом выходить из комнаты.

А что если… Меня пронзила пугающая мысль: применяют ли в этом мире физические наказания к непослушным женам? Наверняка да, судя по тому, как мало прав здесь у слабого пола.

За дверью послышался скрип паркета. Я резко выпрямилась в кресле, стиснув резные подлокотники холодными пальцами.

Софи Бельмонт 9 лет

Когда дверь открылась и герцог шагнул через порог, я невольно вздрогнула, хотя и ждала его прихода. Он вошел неторопливо, словно явился с обычным визитом. От его недавней ярости не осталось и следа: безупречно прямая осанка, уложенные волосы, ни одной лишней эмоции на лице. И только глаза выдавали бушующий внутри шквал.

Он прошел в комнату и остановился напротив меня. Его тяжелый взгляд скользнул по моему лицу, и мне отчаянно захотелось вжаться в спинку кресла, спрятаться от этого пронизывающего взора. Но я упрямо расправила плечи. Нет, с меня хватит роли запуганной жертвы. Я не сделала ничего дурного и не стану бояться его гнева.

— Итак, — произнес он наконец, и его спокойный тон звучал опаснее недавней вспышки гнева, — расскажите мне, что именно вы сделали.

— Всего лишь то, что надлежало сделать вашим слугам, — злые слова сорвались с губ, но я не намерена была извиняться за них. Внутри все сжалось от собственной дерзости, но я заставила себя продолжить. — Я не собиралась вмешиваться, была уверена, что девочке помогут… Но её рыдания долетали даже до моего балкона.

Его глаза метнули молнии, но одновременно с этим в них промелькнуло что-то еще. Чувство вины?

— Я… помогла ей справиться с приступом удушья, — продолжила я чуть мягче, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось где-то в горле.

— Как именно? — его голос звучал приглушенно, но в нем все равно слышался металл.