Онлайн книга «Форма сохранена»
|
— Она была права, — тихо пробормотала женщина. — Только вы пришли слишком поздно. Слова повисли в холодном воздухе, будто не принадлежали реальности. — Что случилось?.. — спросил он, но голос вышел чужим, ломким, как будто говорил не он, а кто-то стоящий за его спиной. Женщина сжала руки на воротнике пальто, словно защищаясь от чего-то, чего Антон не видел. — Ваша тетя… Ванда… умерла этой ночью. Эта фраза как удар под дых. Глухой. Без предупреждения. Антон на секунду потерял равновесие. — Врачи сказали, что у нее было больное сердце, — продолжила она, избегая его взгляда. — Всё произошло быстро. Очень быстро. Особенно для ее возраста… «Особенно». Это слово зацепилось, как коготь. Антон ощутил, как внутри него что-то сжалось, словно кто-то резко и грубо перетянул узел, который еще вчера ощущался просто легкой тревогой. — Она… — женщина сглотнула, подбирая слова, — она всё повторяла, что вы придете утром. Что вы должны прийти именно сегодня. Просила… подождать вас. Чтобы… передать. Тишина вокруг стала плотнее, будто воздух стал густым. Антон шагнул вперед. — Что передать? — голос вышел резче, чем он того хотел. Почти требовательно. Женщина резко дернулась, словно от сквозняка, которого не было. — Я не знаю. Но… — она колебалась, как будто выбирала между правдой и чем-то пострашнее, — всю ночь она держала в руках какой-то пакет. Не выпускала. Даже когда потеряла сознание. Холод, который Антон ощущал с самого утра, теперь стал почти осязаемым, как лёд под кожей. Второе полумистическое событие за двое суток. Сначала фотография с формулой. Теперь — смерть Ванды. И всё это в момент, когда он только начал копать в нужном направлении. Это было слишком совпадением, чтобы быть просто совпадением. Профессиональное чутье подняло голову, как зверь, за много лет натренированный внутри него. — Где пакет? — спросил он. И только теперь женщина подняла на него глаза. Ему показалось, что в этом взгляде скрывалась тревога. Тревога не за себя, а за него. — В ее комнате. Но… вы должны быть готовы. Она… будто ждала, что вы придете за этим. Ждала… Антон почувствовал, как позвоночник сжало ледяным кольцом. Ванда хотела что-то сообщить ему. Но не успела. Теперь скажут только вещи. Женщина отступила в коридор, вернулась с небольшим предметом, перетянутым бечевкой. На крышке черной ручкой было написано: «Антон». Почерк незнакомый и одновременно… родной. Тот же нервный наклон, что был и у его матери. Антон взял коробку. Она оказалась удивительно тяжёлой для своих размеров. — Можно?.. — он бросил взгляд вглубь коридора. Женщина покачала головой. — Сейчас там… не надо. Она еще дома. Ее готовят. Он молча кивнул и вышел из дома. Открыл коробку уже в машине, на парковке у ближайшего супермаркета. Не мог ждать до дома. Внутри три предмета, аккуратно завернутых в тонкую бумагу. Первым оказался старый медный ключ на кольце. Ключ тяжёлый, с узором на шляпке. На одной стороне — буквы «E. L.», на другой — цифры «1945». Второе — фото. Не то, что он видел раньше. На этом снимке Ева стояла не среди палат, а в проёме разрушенного здания. За ее спиной зияла черная обугленная дыра подвала, вокруг кирпичи, доски, дым. Ее лицо было грязным, но взгляд — ясным. Снизу четким старым почерком: «Ева Леван. Варшава, 1945. Госпиталь № 23». |