Книга Адепты Формы, страница 66 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

Софи смотрела на Маркуса. На человека, который только что потерял члена команды и думает только о том, как продолжить операцию.

— Николас чуть не умер, — закричала она. — Его пытали. Подумай…

— Он прекрасно знал, на что шел. Николас понимал риски, — отрезал Вайднер. — Мы все знаем их.

— Марио Даварини… Мы это сделали.

— Мы сделали то, что необходимо.

— Маркус, разве это было необходимо? — опешила Софи и встала. Впервые за последние года она набралась смелости ответить ему наперекор. — Мы похитили человека. Пытали. А теперь хотим уничтожить его отца через жену. Ради чего? Ради денег?

Вайднер смотрел на нее спокойно.

— Ради системы, Софи. Ради того, чтобы она продолжала работать.

— Система? — Софи рассмеялась. — Какая система? Мы бандиты. Хуже бандитов. Мы делаем вид, что это наука, что у нас есть моральное оправдание. Но его нет. Нет никакого оправдания для того, что мы делаем.

Тишина.

Вайднер не шевелился. Потом медленно кивнул.

— Софи! — выпалил Маркус. — Свяжись с Франческой Даварини, предложи ей пять миллионов евро за интервью! И еще… — он повернулся к ней. — Тебе нужно отдохнуть. Ты устала. Эмоции мешают мыслить ясно.

Софи поняла, что это не предложение. Это приказ.

Она замолчала.

Как всегда.

* * *

Франческа Даварини согласилась на встречу через три дня после того, как подала на развод. Софи представилась консультантом из женской организации, помогающей жёнам влиятельных мужчин выйти из «токсичных отношений».

— Мы работаем конфиденциально, — объяснила она по телефону. — Никаких записей, никаких отчетов. Просто поддержка. Вы не одна, синьора Даварини.

Франческа согласилась. Она оказалась одна во Флоренции, в квартире сестры, в городе, где ее никто не знал. Одна с новостями о муже, с позором, с неопределенным будущим.

Первая встреча прошла в кафе на Piazza della Signoria. Софи стала идеальным слушателем: внимательным, сочувствующим, ненавязчивым. Она не задавала вопросов, а просто кивала, когда Франческа говорила. А Франческа говорила много.

Тридцать пять лет замужества. Тридцать пять лет рядом с человеком, который никогда не говорил о чувствах, работал по шестнадцать часов в сутки. Даварини относился к браку как к деловому партнёрству.

— Он неплохой человек, — вздохнула Франческа, вертя в руках чашку. — Просто… холодный. Отстраненный. Я всегда чувствовала себя одинокой рядом с ним.

Софи кивала. Записывала в блокнот: «одиночество», «эмоциональная недоступность», «чувство неполноценности». Точки давления. Трещины, которые можно расширить.

— Вы когда-нибудь чувствовали страх? — спросила Софи мягко. — Рядом с ним?

Франческа замялась.

— Страх? Нет… не совсем. Он никогда… — собеседница замолчала.

— Никогда что?

— Муж кричал иногда. Только когда был под давлением. Но никогда не… — она не закончила фразу.

Софи наклонилась ближе.

— Франческа. То, что вы описываете — эмоциональная холодность, отстраненность, вспышки гнева — это паттерн. Мы видим его у многих успешных мужчин. Они контролируют всё вокруг себя, включая близких людей. Это форма насилия. Не физического, но насилия.

Франческа смотрела на нее широко раскрытыми глазами и переспросила:

— Насилия?

— Эмоционального. Психологического, — подтвердила Софи и достала из сумки брошюру «Признаки токсичных отношений». — Посмотрите. Узнаёте что-нибудь?