Книга Зверь в моем замке, страница 175 – Элейн Торн

Астрид работала медленно, сосредоточенно, как художник, приступающий к созданию картины. Она разделяла волосы на пряди, расчёсывала их от самых кончиков, постепенно поднимаясь выше, к корням, и каждое движение было плавным, завораживающим. Пряди, ещё влажные после купания, постепенно высыхали у огня, становясь всё более блестящими, всё более послушными. Они струились сквозь пальцы служанки, как тёмный шёлк, и в свете камина в них вспыхивали медные и золотые искры.

— У вас удивительные волосы, леди, — негромко произнесла Астрид. — Густые, тяжёлые, как у северных принцесс. В них есть что-то... дикое. Свободное. Я не буду укладывать их слишком строго.

— Мне нравится, когда свободно, — призналась Лианна. — Изольда всегда заставляла меня затягивать косы так туго, что болела голова.

— Забудьте об Изольде, — мягко ответила Астрид. — Здесь вы сами решаете, как вам жить.

Она уложила волосы невысокой короной — не тугой, не жёсткой, а мягкой, воздушной, будто собранной случайным порывом ветра. Несколько прядей она оставила свободными: две нежные волны обрамляли лицо, смягчая его черты, одна спадала на плечо, переливаясь в свете огня. В причёску Астрид вплела серебряные нити — тонкие, как паутинка, — и они мерцали среди тёмных прядей, как звёзды на ночном небе. Фату она закрепила сзади, у самого основания причёски, так что та спускалась вниз, не нарушая лёгкости укладки.

— Вот, — произнесла она, отступая на шаг. — Теперь вы похожи на лунную деву из старых легенд.

Лианна недоверчиво коснулась причёски. Она была лёгкой, почти невесомой, и в то же время держалась идеально. Волосы больше не мешали, не лезли в лицо, но и не были стянуты в тугой узел. Они были... её. Настоящей.

— Спасибо, — прошептала она. — Ты волшебница, Астрид.

— Я просто люблю свою работу, — ответила служанка с улыбкой. — И мне нравится делать красивой ту, кто и так прекрасна.

— Теперь платье, — объявила Астрид.

Платье уже ждало. Оно висело на деревянном манекене в углу комнаты, и в утреннем свете, проникавшем сквозь окно, его тёмно-синий бархат переливался, как ночное небо перед рассветом. Серебряная вышивка — дубовые листья и бегущие волки, — казалось, светилась изнутри. Жемчуг на лифе был нежно-белым, и каждая жемчужина, как капля росы, ловила свет.

Служанки помогли Лианне облачиться. Сначала — тонкая сорочка из белоснежного батиста, лёгкая, как облако. Потом — само платье. Ткань легла на тело, обнимая его, как вторая кожа, и Лианна почувствовала её тяжесть — не давящую, а торжественную, значимую. Портнихи застегнули длинный ряд перламутровых пуговиц на спине, расправили складки, поправили рукава. Шлейф, длинный и широкий, расстелили по полу.

— Вы готовы, — произнесла Астрид, отступая на шаг. — Взгляните.

Лианна повернулась к зеркалу. И замерла.

Из глубины стекла на неё смотрела женщина, которую она не узнавала. Та, прежняя Лианна — тихая, незаметная, привыкшая быть в тени, — исчезла. Вместо неё стояла невеста. Принцесса. Будущая королева. Тёмно-синий бархат оттенял бледность её кожи, сапфиры в волосах и на шее подчёркивали глубину серых глаз. Она была прекрасна. И она знала это.

Астрид улыбнулась и, поправив фату, взяла её за руку.

— Вы самая прекрасная невеста, которую видел этот замок, — произнесла она. — И принц это знает. Идёмте.