Книга Чужая стезя, страница 84 – Михаил Тут

Микула лежал позади меня, под овчинами. Череп на задке саней смотрел пустыми глазницами на поваленное дерево и ухмылялся, будто уже все понял. Немир медленно повернул голову ко мне и сделал зверское лицо. Я кивнул.

— Вижу.

Леонтий стоял у дерева и смотрел в лес.

— Живые, — сказал он. — Прячутся в лесу.

Микула под овчиной открыл глаза.

— Что?

— Дерево, — сказал я ему. — Поваленое, прямо на дорогу. Это засада.

Он попытался подняться.

— Лежи.

— Я могу...

— Пока ты можешь только лежать. Пользуйся моментом.

Из леса вышли двое. Не спеша и не прячась. Один длинный, с жидкой бородой, в явно чужом хорошем кафтане поверх рваной рубахи. Второй ниже, шире, держал топор на плече. Руки у обоих обмотаны тряпками.

— Эй, болезные! — крикнул длинный. — Дорогу завалило. Непорядок.

Топорник сплюнул в снег.

— Уберём. За плату.

Немир не двинулся. Я поднялся в санях и указал на череп.

— Не подходите.

Длинный улыбнулся.

— А то что?

— Мор. Заразитесь и сгниете заживо, - я показал им свою серую плохо работающую левую руку.

Топорник рассмеялся.

— Слышал? Опять мор. Ничего эти терпилы нового придумать не могут.

Из-за деревьев вышел третий. Лицо широкое, нос перебит давно, борода подстрижена коротко. Одежда лучше, чем у остальных. На поясе нож, за спиной короткий лук. Он держался в стороне и к саням не подходил. Скорее всего, атаман.

— Видал я таких, — сказал он. — Как платить — так все прокажённые. А как ночью чужой амбар чистить — сразу здоровые.

Слева хрустнул снег. Там стояли ещё двое и один подкрадывался сзади. У поваленной сосны, чуть дальше, стоял седьмой. В руках у него был лук с уже наложенной стрелой.

— Сани оставите, — сказал атаман. — Лошадь оставите. Еду, деньги, одежду тоже. Сами в назад идите. До вечера до Сивок доберетесь, коли не от мороза не помрете.

— Деньги отдам, — сказал я. — И разойдёмся.

— Нет, - покачал он головой. – Мы все возьмем. Или по хорошему, или с трупов.

Длинный подошёл к задку саней и ткнул рогатиной в коровий череп.

— А этого тоже заберём?

— Этого пусть собой уносят, так уж и быть, - хохотнул атаман. – Я сегодня щедрый и добрый.

Череп качнулся и стукнул зубами. Разбойники бросились сразу, будто это была команда.

Один — к лошади, двое — к Немиру, топорник — ко мне, длинный — к задку саней. Ещё один рванул к Микуле. Лучник пустил стрелу, она пролетела метрах в трех от саней и нканула в лес. Так себе из него снайпер. Атаман не полез вперёд, умный гад.

Немир не вытащил оружие. У него его и не было, кроме длинного ножа, но с ним на рогатину не попрешь. Он ударил лошадь поводьями по боку, сани дёрнулись. Первый разбойник, который прыгнул к упряжи, получил оглоблей в бедро и упал на одно колено. Немир всем телом навалился на ремни, разворачивая лошадь поперёк дороги.

Второй бандит ударил его по плечу дубиной. Немир даже не вскрикнул. Третий прыгнул на него с разбегу. Немир встретил его лбом в лицо. Хрустнуло, нос разбойника брызнул кровью так, что долетело даже до меня.

Я вывалился из саней в снег, уходя от топора. Левая рука не помогла, это сильно бесило. Топорник ударил снова. Леонтий крикнул:

— Слева!

Я ушёл вправо. Топор прошёл рядом с ухом. Я ударил снизу ножом, не туда, куда хотел, а в бок, под рёбра. Нож вошёл тяжело, будто в мокрую кору. Топорник выдохнул мне в лицо вонью гнилых зубов и чеснока. Вот ведь сволочи, они еще и химическое оружие используют! Вообще отмороженные.