Книга Мятежная вдова. Тайна флибустьера, страница 67 – Яна Смолина

Но, к счастью, страхи мои не подтвердились, что вселило надежду. Неужели корсар поверил? Хоть я и не обманывала. Если он не станет мне мужем, я с Фердинандом договорюсь. Да мы уже договорились, пусть и звучит это ужасно. Но такова реальность, в которой мне угораздило оказаться. Не отдам я фабрику какому-нибудь стервятнику, чтобы он снёс всё то, что нажито непосильным трудом, и открыл там лесопилку или скотобазу. Аж передёрнуло.

Вот только Фердинанд меня любит, а я его – нет. И уже точно не смогу полюбить, потому что место в сердце занято другим. Бастардом короля, грозой морей и пределом самых моих грешных дум.

Я решила, что не стану ничего сочинять, чтобы успокоить дуэнью. Пусть узнает всё как есть. Сначала, конечно, она залютует. Но этим всё и ограничится. Влиять на мою жизнь она не вправе. Да и пора всё же показать ей, кто в доме главный и что я больше не маленькая девочка, которую она нянчила.

Когда, ступив за порог собственного дома, я подала слуге накидку, взгляд мой невольно лёг на знакомый плащ, который висел среди прочих вещей на вешалке. Я узнала его, потому что видела совсем недавно. Как и приставленную к стене трость с резным набалдашником.

Опасливо взглянув на слугу, спросила:

— Здесь доктор Ольваре?

— Да, сеньора. Он сейчас в комнате Риты.

Я уже не слушала, беря разгон и взлетая по лестнице.

Бедная. Моя бедная дуэнья! Ей всё-таки стало плохо, и потребовался врач! Это я во всём виновата! Я довела её до сердечного приступа или ещё чего похуже! Хотя что может быть хуже? Она ведь жизнь отдала на служение моей семье.

Я неслась вдоль голых стен, где прежде висели картины, а теперь остались лишь безжизненные украшения из металла и лепнины. Подбежав к двери заветной комнаты, толкнула её и ввалилась в полутёмное пространство.

Казалось, я готова была увидеть всё: любимую нянюшку на смертном одре, что готовилась вот-вот испустить дух, доктора, который борется за её жизнь, но открывшееся мне зрелище повергло в трепет. За секунду челюсть моя отвисла, и если бы не полутьма, в которой приходилось присматриваться к объектам, чтобы разглядеть их, возможно, от инфаркта пришлось бы спасать меня.

Визг вполне здоровой и пышущей энергией Риты тоже отрезвил немало. А когда дуэнья, сидевшая на смятой постели, неловко обмотавшись одеялом, спряталась за спину доктора, все вопросы разом отпали.

Оба: и мужчина, и женщина были абсолютно голыми – в этом сомневаться не приходилось. Теперь же, как нашкодившие котята, они неловко переглядывались, пытаясь прикрыться.

Глава 22

— Рита, – протянула я медленно, и тут же опомнилась. – О, дорогая, прости меня! Я думала, тебе плохо. Я такая глупая. Стоило постучаться.

Прикрывая глаза ладонью и, ругая себя, на чём свет стоит, я вылетела из комнаты и отправилась к себе.

Надо же. Эти двое теперь больше, чем врач и пациентка. Кто бы мог подумать. Хотя прояви я наблюдательность раньше, заметила бы, что Ольваре всегда был с Ритой особенно ласков. Она могла извергаться тревогами и опасениями, как вулкан, а он всегда находил слова, чтобы успокоить и поддержать её. Но я прежде считала это его профессиональным навыком. Он ведь и со мной также разговаривал. Или не так?

Стащив с себя верхнее платье, наказала служанке приготовить ванну и ужин принести. Живот бурчал предательски, потому что единственной моей трапезой был завтрак в доме корсара. Да и завтраком это назвать можно было с натяжкой. Я просто запихала в рот, что поместилось, и жевала, продолжая натягивать на себя чулки и платье. Торопилась ведь. Вот и не поела нормально.