Онлайн книга «Без страха и упрёка 2»
|
12 октября1942 года Associated Press К концу октября завод передал группе первые десять фонарей, а институт связи — первую серийную партию радиостанций, собранных уже не вручную, а по единой документации в цеху. Корпуса станций стали немного крупнее опытных, зато более прочными и с более удобными органами управления. На передней панели находились выключатель, пятипозиционный переключатель каналов и гнездо для подключения гарнитуры. Ни шкалы, ни ручки настройки не было. Семён проверял их два дня, после чего заставил каждого, заменить питание, присоединить гарнитуру и снова собрать всё. Ошибиться было почти негде, но он всё равно добивался, чтобы нужные действия выполнялись в темноте и на ощупь. Фонари осваивали вместе с новыми «ППС-42». Чернёный алюминиевый корпус крепился под глушителем перед рукоятью удержания, а кольцо включения управлялось указательным пальцем левой руки. Короткое нажатие давало свет только до тех пор, пока боец удерживал клавишу; дополнительное движение фиксировало постоянное включение, а конструкция не позволяла фонарю загореться от ремня, ветки или удара о стену. Первое ночное занятие провели в учебном посёлке. Виктор заранее установил внутри нескольких домов учебные мины, где вместо поражающего элемента находился мел, а небольшой пороховой заряд выбрасывал белое облако в заданном секторе. Тот, на чьей форме оставались следы, считался раненым или убитым. Группа вошла в посёлок двумя тройками. Разговаривали только по радиостанциям, используя позывные. Связь держалась чисто: Семён заранее распределил каналы, и ни одному человеку не пришлось останавливаться, искать частоту или крутить настройку. Первую мину Сарик заметил по едва различимой перемене в мусоре у двери. Вторую пропустили. В коридоре хлопнул пороховой заряд, и Бориса с Энрико окатило мелом от груди до колен. Борис замер, посмотрел на белую гимнастёрку и молча опустил автомат. — Оба выбыли, — объявил Виктор, появляясь из соседней комнаты. — В настоящем доме разговаривать уже было бы некому. — Слишком хорошо спрятал, — сказал Борис. — Немцы тоже будут стараться, — ответил Копытин. На следующем проходе фонари включали только короткими вспышками. Узкий луч успевал выхватить лестницу, дверной проём или тёмный угол и сразу гас. При необходимости переднее кольцо разворачивали, расширяя световое пятно почти на всю комнату. Шторки позволяли убрать лишнюю засветку снизу и по сторонам, не выдавая положение стрелка отражением от ближайших стен. На третий день Тихонов усложнил задачу. Часть станций перевели на запасной канал, в домах переставили перегородки, а Виктору разрешили менять расположение учебных мин между заходами. К концу занятия гимнастёрки оставались чистыми у всех. — Принимаю, — сказал Степан Григорьевич, осмотрев людей. — Станции закрепляются за бойцами. Фонари после каждого занятия сдавать Семёну на проверку питания, оружейные крепления осматривает Виктор. На столе в помещении дежурного лежали стопкой два десятка деревянных коробок, доставленных с электролампового завода. На каждой чёрным трафаретом было выведено: Фонарь «ШТУРМ» а ниже указывался номер комплекта. Внутри лежали сам фонарь, запасная лампа, два элемента питания, ремень и короткая инструкция. Оружейные крепления в подарочный набор не включали. |