Книга Без страха и упрёка 2, страница 32 – Андрей Земляной

Тихонов открыл несколько коробок, проверил комплектность и передал дежурному список адресатов и один из фонарей предназначался начальнику Генерального штаба.

Седьмого ноября парада на Красной площади не было. С утра по радио передали приказ Верховного Главнокомандующего, газеты вышли с праздничными заголовками, но Москва жила по военному времени: затемнение, патрули, грузовики на улицах и постоянные сообщения со Сталинградского фронта.

Вечером на Ближней даче собрались высшие руководители страны. За столом находились Молотов, Берия, Микоян, Щербаков и Василевский. Позднее должны были приехать Александров, Орлова, Целиковская и Цфасман с десятком музыкантов, приглашённые для небольшого концерта.

Александр Михайлович привёз с собой коробку из полированного красного дерева.

— Это что у вас? — спросил Сталин, заметив её у стены.

— Подарок к празднику, товарищ Сталин, — ответил Василевский. — От Генерального штаба.

— Оружие?

— Фонарь.

Сталин посмотрел на него с сомнением, но коробку велел подать.

На крышке бронзовыми накладными буквами написано:

Фонарь «ШТУРМ» комплект № 1. Естественно Василевский не стал бы дарить Сталину изделие под номером два, и в мастерских Москвы, быстро сделали подарочную коробку из красного дерева и инкрустированной надписью из бронзовых букв.

Иосиф Виссарионович откинул защёлки. Внутри, в гнёздах из серого войлока, лежали фонарь, запасные лампы, батареи и ремень.

— Серьёзная упаковка для фонаря, — заметил Сталин.

— Сам фонарь тоже необычный, товарищ Сталин, — ответил Василевский.

Он присоединил батареи и показал выключатель. В комнате погасили верхний свет.

Яркий режущий глаза белый луч лёг на дальнюю стену. Василевский повернул переднее кольцо, и пятно расширилось, осветив почти весь конец комнаты, затем прикрыл шторки, оставив на стене ровный прямоугольник.

Сталин взял фонарь, несколько раз включил его коротким нажатием и проверил кольцо фокусировки.

— Далеко светит? — спросил Иосиф Виссарионович.

— На открытом месте уверенно освещает цель на ста метрах, — ответил Василевский. — Корпус выдерживает удары и дождь. Есть вариант с креплением на автомат.

— Уже выпускают?

— Пока опытная партия. Электроламповый завод готовит документацию для производства.

Сталин ещё раз направил луч в дальний угол.

— Чья конструкция?

— Лейтенанта Алексея Штурмина, товарищ Сталин. Офицера специальной разведывательной группы.

— Штурмин, — повторил Сталин и посмотрел на надпись на крышке. — Поэтому «Штурм»?

— Название дали заводские инженеры, — с усмешкой ответил Василевский. — Утверждают, что совпадение случайное.

Сталин тоже усмехнулся и положил фонарь обратно в коробку.

— Это хорошее, правильное совпадение.

После ужина перешли в соседнюю комнату где уже поставили стулья для небольшого концерта. Цфасман сел за рояль, его музыканты сели чуть в стороне, Александров встал на место ведущего, а Орлова и Целиковская расположились по обе стороны от него.

Первой исполнили новую песню, которую Цфасман переложил на два женских голоса. Орлова шагнула чуть вперёд.

— Остался дом за дымкою степною…

Целиковская вступила следом. Пели негромко, без форсирования голосом, но разговоры в зале прекратились уже после первых строк. Щербаков отложил папиросу, Молотов снял очки и протёр их, хотя стёкла оставались чистыми, а Сталин крепко сжал трубку.