Книга Без страха и упрёка 2, страница 35 – Андрей Земляной

Берия распорядился устроить ещё один просмотр в небольшом зале Дома кино в Гнездниковском переулке. В список приглашённых включили Александрова, Орлову, Цфасманa и Целиковскую, которой разрешили привести одного гостя и Лаврентий Павлович не сомневался, кого она выберет.

Людмила позвонила Алексею в учебный центр и начала разговор без приветствия:

— Лёша, в четверг показывают американскую музыкальную комедию. Закрытый просмотр, мест почти нет. Ты идёшь со мной?

— Это приглашение или приказ? — спросил Алексей.

— Приказ я бы передала через твоего майора, Людмила рассмеялась.

— Тогда иду.

— Форма необязательна, — добавила Целиковская. — Но другого костюма, как я понимаю, у тебя всё равно нет.

— Наблюдательная.

— Милый, я актриса. Людмила весело расхохоталась.

К началу просмотра в Гнездниковском переулке уже стемнело. Машина остановилась у высокого дома, перед входом в который стояли несколько автомобилей и дежурил милиционер. Людмила предъявила приглашение, и их пропустили внутрь.

Алексей пришёл в выходном кителе, со всеми орденами. Два ордена Ленина, Красное Знамя и Красная Звезда на груди молодого лейтенанта привлекали внимание сильнее, чем знакомство с Целиковской. В фойе несколько человек обернулись ему вслед, а один из работников студии даже задержался у двери, пытаясь понять, откуда у совсем молодого офицера такой набор наград.

— Надо было надеть повседневную форму, — тихо сказал Алексей.

— Тогда все решили бы, что я привела в Дом кино случайного знакомого, — ответила Людмила. — А теперь хотя бы понимают, что расспрашивать тебя о службе не стоит.

В зале собралось около сорока человек. Александров с Орловой сидели в первом ряду, Цфасман устроился ближе к проходу. Людмила и Алексей заняли места немного позади.

Копия была без дубляжа, а переводчик сидел в зале с микрофоном. Уже в первых музыкальных сценах Алексей понял, почему картину решили показать Александрову и Цфасману. Оркестр Гленна Миллера звучал даже через не лучшие динамики зала так, что зрители переставали следить за переводом. Некоторые мелодии Алексей помнил, хотя в прошлой жизни видел фильм лишь однажды.

Английский язык он естественно знал отлично, и никакого дискомфорта при просмотре не чувствовал, поясняя в некоторые моменты игру слов или сложные обороты.

Людмила несколько раз наклонялась к нему, чтобы шёпотом прокомментировать игру актёров. Кинематографисты смеялись в нужных местах, но при музыкальных номерах становились серьёзными, отмечая движение камеры, монтаж и работу массовки.

После просмотра приглашённых не отпустили сразу. В фойе объявили, что Дом кино устраивает в «Арагви» небольшой ужин для режиссёров, артистов и музыкантов, участвовавших в обсуждении американской картины.

— Пойдём? — спросила Целиковская.

— После двух часов музыки меня должны хотя бы покормить, — ответил Алексей.

До ресторана добирались несколькими машинами. За длинным столом в отдельной части зала разместились Александров, Орлова, Цфасман, Целиковская, несколько режиссёров, операторов и работников Комитета по делам кинематографии. Алексей оказался между Людмилой и пожилым художником, который почти сразу вступил в спор о том, можно ли построить на студии каток, подобный показанному в фильме.

Обсуждение шло шумно. Цфасман хвалил оркестр Гленна Миллера, Александров разбирал движение камеры, а один из операторов доказывал, что половину увиденного невозможно повторить на отечественной плёнке.