Книга Счет за предательство, страница 71 – Владимир Колычев

— Рабочий день закончился, — сказала Лена, с заманчивой улыбкой глядя на мужа.

Общезаводские дела на сегодня действительно закончены, заместитель директора уже отправился домой, бумаг на подпись не будет, тем более что львиную долю документов утверждает сам Рэм. Они с Леной до сих пор на работе, домой не хочется, им и в своем кабинете хорошо. Варенька в Испании, а сестренку или братишку они могут сделать ей прямо здесь, в кабинете.

Рэм кивнул, принимая ее игру, положил руку на открывшееся колено и вверх по ноге…

— Еще не закончился, — прошептал он. — Сейчас, сейчас…

Но Лена ударила по руке со словами:

— Рабочий день закончился, а у нас гости!

— Лучше или хуже татарина?

— Ни рыба ни мясо, — пренебрежительно усмехнулась она, оправила юбку и открыла дверь со словами:

— Заходи, чудо!

— Почему это чудо? — не смог сдержать возмущения Кучмала.

Форма на нем новенькая, отглаженная, фуражка, как у петуха гребень, важный, нарядный, напыщенный, сам собой налюбоваться не может. И вдруг он — чудо!

— Пришел чего?

— Как это чего? Проверка режима!

Кучмала расправил плечи, грозно глянув на Рэма. До конца срока еще далеко, режим надзора никто не отменял, надо будет — и под стражу Рэма возьмет. Вот прямо сейчас примет смелое решение и возьмет.

— Проверил? — спросил Рэм.

Он мог бы смешать Кучмалу с дерьмом, но не стал этого делать. Парень реально простой, сказали ему Рэма доставить, он сделал. А потом исправил свою ошибку. Как ни крути, а он спас Рэму жизнь.

— Ну да, — кивнул Кучмала.

Рэм поднялся, вынул из бара бутылку коньяку, налил себе и ему. Лена фыркнула, глянув на Кучмалу, и вышла из кабинета. В приемной маячил Толик. Как привязанный ходил за Леной. И Рома такой же хвостик. Но Рома сейчас отдыхал. Одно время Рэму казалось, что эти «двое из ларца» не знают ни сна ни отдыха. Но аврал миновал, режим чрезвычайной ситуации отменен, охрана работает в штатном режиме. Хингана взять так и не удалось, но банда его разгромлена, золотые прииски взяты на учет, незаконные работы прекращены. Прячется где-то в горах, говорят, а Рэм думает, что за кордон ушел. Золота он в свое время на миллионы поднял, может, где-нибудь на Кипре сейчас загорает. Со своей подругой, бывшей любовницей Москвишина. Танечка ведь тоже куда-то пропала. Видная, говорят, баба, не в горах же ей красоту свою сушить.

— Я как бы при исполнении, — кашлянул в кулак Кучмала, глядя на бокал.

— Как бы? — вскинул бровь Рэм.

— При исполнении! — расправил плечи старлей.

— Я никому не скажу, что ты выпивал при исполнении, — подмигнул ему Рэм.

— А кому вы можете сказать? Рабочий день уже закончился, вас я уже проверил.

— И как?

— Ну, выпиваете на рабочем месте, — улыбнулся старлей.

— Пока еще нет.

— С женщиной в кабинете запираетесь.

— С красивой женщиной можно.

— Ну да, красивая у вас жена…

— А у тебя?

— Да у меня… — махнул рукой Кучмала.

— Что такое?

— Да не везет мне в любви! — Старлей вздохнул, выпил.

Рэм усмехнулся, глянув на него, и махнул рукой:

— Свободен!

— Да я-то свободен, — засмеялся Кучмала. — А вы пока нет!

— Давай, давай!

Рэм выставил мента за дверь, и тут же появилась Лена.

— С ментом пьешь? — с иронией посмотрела она сначала на бутылку, потом на Рэма.

— Не чокаясь, — усмехнулся Рэм, взял чистый бокал, налил ей.