Книга Операция «Лиссабон», страница 71 – Валерий Шарапов

— Я представлял нашему немецкому другу новичка, — пояснил Семенычев полковнику.

— Заодно и я хочу представить вам, товарищи, моего нового заместителя, — заявил резидент немецкой разведки. Он окликнул стоявшего к ним спиной мужчину. — Курт, отвлекись наконец от женщин и присоединись к нашей мужской компании. Прошу, коллеги, Курт Фогель.

— Курт, бродяга, ты ли это? — радостно воскликнул Ломтев.

— Андрей! Какой сюрприз!

Встретившиеся через несколько лет мужчины обнялись. Он немецкой сдержанности не было и следа.

— Мы с Андреем воевали в Анголе, — с гордостью объяснил Фогель начальнику свой эмоциональный порыв.

— Прямо-таки воевали? — со скепсисом заметил Соколов. На его кителе было несколько наградных планок, не только юбилейные медали, но и ордена.

— Он был ранен, когда брали банду наемников полковника Каллана, — с жаром стал защищать товарища Фогель.

— Да ладно тебе, Курт, — смутился Ломтев.

— А что «ладно»? — вступился за подчиненного Семенычев. — Кровью заслужил Красную Звезду. Этим гордиться надо.

— Я, может, из зависти, Юрий Константинович, — попытался сгладить неловкость Соколов. — У моих офицеров, к сожалению, нет боевых орденов. А об операции по ликвидации наемников Каллана мне в управлении рассказывали. Хорошая работа.

— Отпустим наших молодых товарищей, — обратился советский резидент к немецкому коллеге. — Им есть что вспомнить и о чем поговорить.

На следующий день после окончания рабочего дня в торгпредстве Ломтев приехал в посольство и сразу направился в резидентуру.

— Докладывай, — сухо приказал полковник. — Фогель согласился помогать в разработке сотрудников американского посольства?

Первоначально молодой оперативник его строгий тон отнес к каким-то событиям в посольстве, не имеющим к нему отношения.

— Мы с ним об этом еще не говорили.

— Вот как? — немного удивленный Юрий Константинович откинулся на спинку кресла. — Почему? Вы же друзья.

— Прежде чем осуществить такой контакт, я должен получить разрешение из Центра. Мы действительно сотрудничали с Куртом в Анголе, но в любом случае по инструкции я смогу получить допуск и обсуждать с ним вопросы государственной тайны только после проверки его по учетам в центральном аппарате. Поэтому прошу, товарищ полковник, послать запрос на проведение контакта с сотрудником разведки ГДР Куртом Фогелем о совместной работе против резидентуры ЦРУ в Лиссабоне.

— Молодец, — полковник не смог сдержать одобрительной улыбки. — Если честно, я думал, ты пойдешь на поводу у эмоций и нарушишь заведенный порядок. Даже приготовился устроить тебе головомойку по этому поводу. Но ты повел себя как профессионал, как настоящий контрразведчик. Сколько уже было случаев, когда вроде бы товарищ по работе и даже друг оказывался не тем, кому можно доверять. В нашем деле бдительность и внимание к мелочам должны быть на первом месте. Сегодня же пошлю запрос. Надеюсь, Центр даст согласие, и вы с Фогелем сможете успешно обезвредить этот американский гадючник. Теперь ты показал, что из тебя получится настоящий контрразведчик.

Работа по линии внешней торговли у Ломтева шла весьма успешно. В Министерстве торговли Португалии он встретился со специалистами, получил списки крупных фирм, занимающихся продажей сельхозпродукции и рыболовством. Понимая сложности, связанные с сертификацией и транспортировкой первичной продукции, он сосредоточился на компаниях, производящих овощные и рыбные консервы. Два-три раза в неделю Ломтев отправлялся по этим адресам, чтобы выяснить готовность к поставкам в Советский Союз, уточнить объемы, прейскурант и цены. Вся информация отправлялась на согласование с Москвой, где тщательно выверялся торговый баланс между странами.