Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 110 – Юлия Стешенко

— Иди сюда. Тут интересное рассказывают.

— Что именно?

Понимать чужую речь было странно. Еще более странно — говорить на ней. Длинные тягучие слова, в которых звуки то наползали друг на друга, то растягивались, как дохлая медуза, слетали с языка так легко, словно Торвальд с рождения к ним привык.

— Наши клиенты двинули отсюда на запад. Там пробой в двадцать четыре ноль три. А значит, движутся они к Вертексу, как я и предполагала. Это самый короткий маршрут.

Торвальд знал, что такое «клиенты». И знал, что такое «маршрут». Никто на побережье Седого моря не оперировал такими понятиями. На побережье Седого моря не оперировали даже терминами «оперировать». И «термин». А Торвальд все равно их знал. Странные, непривычные сочетания звуков наполнялись сами собой наполнялись смыслом — словно Торвальд понимал их с рождения. Хотя всего пару дней назад казались невнятным бормотанием.

Подняв руку, Торвальд нащупал серебряную пластину амулета. Колдовские руны на нем сплетались в сплошную вязь — словно ходы, прогрызенные жуками-древоточцами.

Ива проследила за его движением взглядом.

— Все нормально?

— Да. Все хорошо. Значит, ты уверена, что воры живут там же, где и ты?

— Не то чтобы уверена. Но начало пути выглядит как стандартный маршрут в Вертекс. Могут, конечно, потом спрыгнуть… Но я практически уверена, что не спрыгнут. Если бы у этих ребят были мозги, они бы не наследили, как стадо коров.

Да. В этом был смысл.

К тому же — а какие еще есть варианты? Только идти по следу там, где этот след есть. И искать, если потеряется.

— Как скажешь, — равнодушно пожал плечами Торвальд. — Ты в этом разбираешься лучше меня.

Сминая сапогами сочную, брызжущую соком траву, он двинулся вслед за Ивой. За кромлехом обнаружилась еще одна колдовская телега — побольше и подлиннее первой. Кресла в ней были ощутимо шире, под голову полагалась специальная подушка. Торвальд уселся, наконец-то вытянув ноги, откинулся на спинку и с интересом уставился в окно. За стеклом мелькала зелень: темная и светлая, с желтизной, с белизной, с голубизной. Время от времени бесконечный лес взрывался пятнами цветов — небывало-огромных, с баранью голову размером. Из ветвей выпархивали птицы, такие же яркие, как и цветы, в траве, судя по всему, тоже буйствовала жизнь. Вспугнутые грохотом телеги, оттуда вылетали насекомые, каждое размером с кулак. Какая-то мерзкая тварь, ошалев от страха, сиганула не в ту сторону. Торвальд аж дернулся, когда ядовито-синяя глянцевая пакость метнулась в лицо — и размазалась по стеклу склизким пятном, из которого торчали многочисленные острые лапки.

— Твою ж… — он брезгливо передернулся, в который раз пожалев, что окна у пришлых такие огромные. И такие прозрачные.

— Что? — Ива, по какой-то надобности влезшая под стул, выпрямилась. В руках она держала два металлических бочоночка. — Вот заразы. Ну какой дебил холодильники под кресла вмонтировал? Чтоб ему всю жизнь задницу в шпагате вытирать.

Торвальд моргнул. Мысленно повторил ее слова еще раз. Снова моргнул. Понятнее не стало. Ну, кроме задницы. Задница была кристально ясна.

— Держи, — Ива протянула один бочоночек. По ярко раскрашенному металлическому боку уже тянулся белый туман конденсата. Торвальд подставил ладонь, удивившись неожиданной легкости предмета. Бочонок явно не был металлическим насквозь. Ни по весу, ни по ощущениям — внутри плескалась какая-то жидкость. Вот только как она туда попала? Ни крышки, ни затычки на гладкой металлической поверхности Торвальд не видел. Хотя… боги, ну что за глупый вопрос. Это же волшебный мир. Куда ни плюнь, везде колдуны сплошные. Как попала, как попала. Наколдовали!