Книга После нас, страница 100 – Катерина Затула

Он остался сидеть, удерживая меня на коленях. Его губы скользнули по моей шее, а пальцы медленно распахнули полы халата. Прохладный воздух коснулся разгорячённой кожи, и я невольно сильнее прижалась к нему.

— Теперь моя очередь.

Никита ещё раз поцеловал меня — коротко, жёстко, — а затем крепко обхватил за талию. Приподнял со своих колен, развернул и опустил животом на диванные подушки. Халат окончательно соскользнул с плеч, а мои пальцы вцепились в мягкую ткань. Никита навис сверху, прижимаясь горячей грудью к моей спине. Его ладонь скользнула по моим ягодицам и остановилась на тонком кружеве. Пальцы подцепили край, и одним уверенным движением он стянул бельё с моих бёдер. Я невольно приподнялась, помогая ему. Кружево скользнуло вниз по ногам и упало возле дивана.

— На колени, Аверина.

Его голос прозвучал низко, почти у самого уха. Я подтянула колени под себя и приподняла бёдра, продолжая лежать грудью на диванных подушках. Ладонь Никиты сразу легла на поясницу, заставляя прогнуться сильнее.

— Вот так, Катя… — хрипло произнёс он. — Идеально.

Он наклонился надо мной, прижавшись грудью к моей спине. Горячее дыхание коснулось шеи. Мои пальцы судорожно сжали край подушки, когда его ладонь легла на мой живот, притягивая к себе, а другая рука скользнула между ног, проверяя, насколько я готова.

— А ты не просто командуешь, Аверина — его пальцы провели по моим мокрым складкам, отчего я выгнулась. — Тебя это ещё и возбуждает. Красиво...

— Не умничай, Азаматов — выдохнула я, но голос дрогнул, когда он надавил на клитор.

Он вошёл медленно, без единого резкого движения, позволяя мне ощутить его до конца. Я прикусила край подушки, сдерживая стон, и невольно подалась бёдрами ему навстречу. Его ладонь скользнула с поясницы под живот и крепче притянула меня к себе, удерживая на месте. Никита начал двигаться размеренно, почти лениво, давая привыкнуть к глубине каждого движения.

— Вот так… — его голос сорвался на шёпот. — Расслабься. Я тебя держу.

Я не могла ответить, только глухо застонала в подушку, когда он ускорился. Я выгнулась навстречу, подаваясь бёдрами назад, принимая его глубже. Ритм стал жёстче, увереннее, и каждый толчок отдавался во мне волной жара, поднимаясь от живота к горлу.

— Ну и кто сейчас главный?

— Ты, — выдохнула я.

Его губы прошлись по моей шее и между лопаток, оставляя горячие влажные поцелуи. Затем он выпрямился, и прежний размеренный ритм сменился более жёстким, заставляя меня окончательно забыть обо всём, кроме его рук и собственного сбившегося дыхания. Пальцы с такой силой впились в мои бёдра, что на коже наверняка останутся следы, а ровное дыхание сменилось тяжёлыми хриплыми выдохами. Сам он двигался уже не ритмично, а рвано — будто с каждой секундой терял остатки контроля.

— Никита… — почти беззвучно прошептала я в подушку, вцепившись в неё до побелевших костяшек.

— Я здесь, — хрипло отозвался он. Его ладонь скользнула под мой живот, крепче удерживая меня. — Давай, сейчас. Для меня.

Его движения стали глубже и жёстче. С каждым новым толчком напряжение внутри нарастало, пока не достигло предела. Я вскрикнула, когда меня накрыло, судорожно сжимаясь вокруг него. Никита глухо застонал. Его пальцы крепче впились в мои бёдра, движения окончательно потеряли ритм. Ещё несколько коротких толчков — и он резко вышел. Через мгновение горячие капли обожгли спину и ягодицы. Никита замер позади, тяжело дыша. Его ладонь прошлась по пояснице и ягодицам, неторопливо размазывая по разгорячённой коже горячие капли.