Книга После нас, страница 263 – Катерина Затула

— Сейчас найдём, доченька. Не плачь.

Я подняла её на руки. Алиса обхватила меня за шею и уткнулась мокрым лицом в плечо, продолжая жалобно повторять:

— Зая… Зая…

— Найдём твоего заю. Пойдём проверим папин кабинет. Возможно, заяц решил выкупить долю в холдинге.

Я понесла её по коридору. Кабинет находился на втором этаже, в дальнем крыле дома. Дверь оказалась закрыта, но не заперта. Я немного замешкалась перед ней. Никита никогда не запрещал мне входить, однако без него я здесь ещё не бывала. Это было исключительно его пространство: тёмное дерево, строгая мебель, большой стол возле окна и почти полное отсутствие вещей, не связанных с работой.

Я толкнула дверь и вошла. На столе стоял ноутбук, рядом лежали зарядка, несколько закрытых папок и аккуратная стопка документов. Всё выглядело так, будто Никита просто вышел несколько часов назад и собирался вернуться в любую минуту.

Заяц обнаружился на краю стола.

— Зая! — потребовала Алиса, протягивая обе руки.

— Вижу, малыш. Не кричи так, а то он снова испугается и уйдёт от нас.

Я подошла к столу. Алиса потянулась за игрушкой, задела ладонью закрытую серую папку, и та соскользнула на пол. Несколько листов вылетели из неё и разлетелись по ковру.

— Прекрасно, — пробормотала я. — Теперь папа нас обеих уволит.

Сначала я отдала дочери зайца. Она тут же прижала его к груди, но плакать почему-то не перестала. Всхлипывания стали тише, зато теперь Алиса уткнулась мокрым лицом мне в шею и крепко обхватила её руками.

Удерживая её одной рукой, я наклонилась и начала собирать документы. Большинство листов упало текстом вниз. Я быстро складывала их обратно, стараясь сохранить порядок, пока взгляд не зацепился за знакомую фамилию. Аверина Е. А.

Я замерла. Имя стояло в середине таблицы. Слева располагалась колонка «Связанный субъект», справа — несколько коротких формулировок: Личный контур кандидата. Вероятность актуализации — высокая. Потенциальный ущерб — существенный.

Внутри что-то неприятно оборвалось. Я прочитала ещё раз, уже медленнее, но смысл не изменился. Моё имя действительно находилось в документах Никиты. Рядом со словами «ущерб» и «кандидат».

— Мам!

Алиса дёрнула меня за волосы. Нижняя губа снова задрожала, и плач стал громче.

— Тихо, маленькая. Я здесь.

Я прижала её к себе и торопливо собрала оставшиеся листы. Последняя страница лежала отдельно. Наверху крупными буквами было напечатано: Личный и семейный контур. Рекомендуемый сценарий. Ниже снова мелькнула моя фамилия, но Алиса уже выгибалась у меня на руках и требовала немедленно покинуть кабинет вместе с найденным зайцем.

Я сложила бумаги в папку и вернула её на край стола. Не открыла. Даже не попыталась прочитать продолжение. Это были рабочие документы Никиты. Я увидела несколько строк совершенно случайно и не имела права искать остальные. Кроме того, на руках у меня рыдал ребёнок, которому следовало спать, а не участвовать в сборе компромата на собственную мать.

— Всё, уходим. Папины государственные тайны нас совершенно не интересуют.

Собственный голос прозвучал почти нормально. Я вышла из кабинета и закрыла дверь. До детской было всего несколько шагов, но увиденные формулировки продолжали стоять перед глазами.

Я уложила Алису и легла рядом. Дочь долго не могла успокоиться. То просила воды, то проверяла, не исчез ли снова заяц, то поднимала голову и сонно произносила: