Книга После нас, страница 311 – Катерина Затула

— Я прекратил с ней всё в тот день, когда узнал, что ты вернулась. Больше её не видел и не отвечал на сообщения.

— Прекрасно. Мне не нужны подробности.

— И после твоего возвращения я с ней не спал.

Я медленно подняла на него глаза.

— Какой реакции ты от меня ждёшь, Никита? Для полноты отчёта спросить, как она была в постели? Кто из нас лучше? Раз ты закончил с ней, значит, я победила? Что именно принесло мне первое место?

Никита резко перехватил меня за запястье, оборвав поток слов.

— Перестань.

— Что именно? Я ни о чём тебя не спрашивала. Я прошу закрыть эту тему, а ты зачем-то продолжаешь предоставлять мне подробный отчёт.

— Потому что вижу, что ты думаешь.

— Не приписывай себе способность читать мои мысли, — невесело усмехнулась я.

— Для этого не нужно их читать. Ты убрала мою руку ещё в машине, не смотришь на меня и теперь не позволяешь к себе прикоснуться.

Он говорил спокойно, но пальцы по-прежнему сжимали моё запястье, а взгляд слишком внимательно следил за лицом, ловя каждую реакцию. Я отвернулась первой.

— Я не обязана хотеть твоих прикосновений каждую минуту. Понимаю, звучит невероятно, но постарайся принять.

— Ты злишься из-за Ксении.

— Я устала.

— Врёшь.

Ответ прозвучал сразу и жёстко. Я опустила взгляд на его пальцы, обхватившие мою руку.

— Отпусти.

Никита разжал руку. На коже остались бледные следы, но отступить он мне не позволил. Пальцы легли на талию и одним движением вернули меня обратно. Между нами осталось всего несколько сантиметров. Я упёрлась ладонями ему в грудь, однако он даже не пошевелился.

— Скажи, что у тебя в голове.

— Не хочу.

— А я не хочу лежать рядом и ждать, пока ты за ночь убедишь себя, что после твоего возвращения я продолжал с ней встречаться.

— Я вообще об этом не думала.

Взгляд Никиты стал ещё тяжелее.

— Снова врёшь.

— Даже если думала, какое тебе дело? Ты уже сообщил, что больше её не видел. Я услышала.

— Тогда почему отстраняешься?

Я несколько секунд молча смотрела на него. Никита не собирался отпускать ни меня, ни этот разговор. Взгляд оставался тяжёлым и требовательным, ладони крепко удерживали на месте. Он хотел получить ответ и продолжил бы давить, пока не добился своего.

— Потому что мне неприятно. Этого достаточно?

— Для меня — нет. Объясни.

Я коротко рассмеялась, хотя внутри всё болезненно сжалось.

— Ты действительно хочешь, чтобы я объяснила взрослому мужчине, почему его женщине неприятно знакомиться с бывшей любовницей? С женщиной, которую ты привозил в дом, где теперь живём мы с твоей дочерью, и возил на Мальдивы?

Пальцы на моей талии едва заметно напряглись.

— Я не привозил её сюда после твоего возвращения.

— Мы снова возвращаемся к тому, о чём я тебя не спрашивала.

— Катя, ты ведёшь себя так, словно я тебе изменил. — Его голос стал жёстче. — А я тебе не изменял.

— Нет. Не изменял. Я исчезла, жила в другой стране и не собиралась возвращаться. Ты был свободен и мог делать всё, что хотел. Я это прекрасно понимаю.

— Я понимаю, что тебе неприятно. Но ты ведёшь себя не просто как женщина, встретившая бывшую любовницу своего мужчины. Тебя это задело гораздо глубже.

— Да.

Ответ вырвался слишком быстро. Никита замолчал, продолжая смотреть мне в лицо.

— Всё, Никита. Ты добился ответа. Теперь можно я пойду умоюсь и лягу спать?