Книга После нас, страница 34 – Катерина Затула

Абсурд. Но это была Аверина. В ней вообще странно уживались вещи, которые не должны были существовать вместе. Цинизм и наивность.

Дорогие шмотки, дорогие тачки, богатые мужики и абсолютное безразличие к деньгам, когда речь шла о близких.

Бесконечные романы и какая-то почти детская вера, что однажды мужчина сам поймёт, что должен её выбрать.

Я считал её избалованной, поверхностной мажоркой, слишком красивой, чтобы ей когда-нибудь приходилось всерьёз бороться за внимание.

Набитая дура с силиконом вместо мозгов, так я её когда-то называл. Она отвечала, что я конченный мудозвон.

Мы ругались при Кристине. В ресторанах, в гостях, в кругу общих друзей. Мы умудрились погрызться даже в день моей свадьбы.

Катя была подружкой невесты и за полчаса до регистрации совершенно серьёзно предложила Кристине повторить фильм «Сбежавшая невеста» и не выходить за меня замуж.

Я случайно услышал их разговор.

— Ещё не поздно, — говорила она. — Туфли удобные, машина у входа. Можем успеть до аэропорта, улетим с тобой на Ибицу, там столько парней…

— Катя, прекрати, — смеялась Кристина.

— Я просто напоминаю, что у тебя всё ещё есть выбор.

Выбор. Даже тогда всё было про выбор. Только почему-то право выбирать Аверина всегда признавала исключительно за собой и теми, кого считала нужным защитить.

Я вошёл в комнату прежде, чем успел подумать.

— Выйди. — она медленно обернулась. — Я разговариваю с подругой.

— Теперь ты будешь разговаривать со мной.

Кристина попыталась вмешаться, но я уже схватил Аверину за локоть и волок её по коридору ЗАГСа в сторону выхода.

— Ты совсем офигел?

— Это я офигел? Ты за полчаса до моей свадьбы предлагаешь моей невесте сбежать.

— Я напоминаю ей, что она не обязана совершать самую большую ошибку своей жизни только потому, что гости уже приехали.

— Самая большая ошибка Кристины — это иметь такую тупую подругу, как ты, которая не умеет вовремя закрывать свой рот.

Она прищурилась.

— А самая большая ошибка мужчины — решить, что женщина рядом с ним потому, что он её заслужил. Иногда она просто ещё не поняла, что может уйти.

— Ты вообще кто такая, чтобы решать, что для Кристины ошибка, а что нет?

— Я её лучшая подруга и человек, который любит её и не хочет, чтобы через десять лет она проснулась рядом с таким мудаком, типа тебя, и поняла, что потратила на него лучшие годы.

Я шагнул ближе.

— Следи за своим языком.

— А то что? Не женишься на мне?

В этот момент прибежала Кристина и встала между нами.

— Вы оба ненормальные, — сказала она, сначала посмотрев на меня, потом на Катю. — У меня свадьба, а вы опять выясняете отношения.

Опять. Будто мы действительно делали это постоянно. И ведь делали. Стоило нам оказаться в одном помещении, как через десять минут начиналась очередная перепалка. Катя находила, за что меня задеть, а я никогда не проходил мимо, хотя мог одним взглядом заставить замолчать почти любого человека. Только не её. Она не боялась меня ни тогда, ни потом. Я думал, мы просто не переносим друг друга. Теперь, спустя годы, это выглядело почти смешно.

Я был женат десять лет. Десять. Мы с Кристиной прекрасно существовали вместе. Одинаково смотрели на работу, на деньги, на положение. Мы были похожи. Кристина когда-то шутила, что мы как два хищника, которых посадили в одну клетку и забыли объяснить, кому принадлежит территория. Она ошибалась. Мы прекрасно делили территорию. У нас был дом, общие друзья, планы, репутация. Мы знали, как должна выглядеть правильная жизнь, и именно такую жизнь построили. Мы были хорошими партнёрами. Возможно, именно партнёрами и оставались все эти годы. Тогда я не задавался этим вопросом. Меня всё устраивало. До тех пор, пока не перестало.