Книга После нас, страница 38 – Катерина Затула

Её маленькие пальцы вцепились в ткань у меня на груди. Всхлипы постепенно стихли, тело расслабилось. Я медленно гладила её по тёмным волосам, распутывая пальцами влажные кудри.

— Вот так… Всё хорошо.

Она шумно вздохнула, продолжала сосать уже медленнее. Веки начали опускаться. Через несколько минут напряжённая ладошка разжалась и спокойно легла мне на грудь. Я боялась пошевелиться. Боялась даже дышать слишком глубоко. Вдруг снова проснётся. Но Алиса уже спала совершенно безмятежно. Будто последние два часа не пыталась довести нас обеих до нервного срыва.

Я осторожно поправила край рубашки и посмотрела на её лицо. Длинные тёмные ресницы, приоткрытые губы, розовая щека, прижатая к моей груди.

— Маленькая террористка, — едва слышно прошептала я.

Она не отреагировала. Я тихо выдохнула. И впервые за весь вечер в голове стало чуть тише. Совсем ненадолго.

Потому что стоило закрыть глаза, как передо мной снова появилось лицо Никиты. Он почти не изменился. Тот же взгляд, те же жёсткие черты лица. Только возле глаз появились тонкие морщинки. Раньше их не было.

Я лежала рядом с его дочерью и почему-то думала именно об этом. Не о том, догадался ли он. Не о том, что будет дальше. О морщинках возле его глаз.

Господи, Аверина. Ты точно ненормальная.

Я осторожно переложила Алису в кроватку. Она недовольно поморщилась во сне. Я замерла. Несколько секунд даже не дышала. Но она только перевернулась на другой бок, обняла своего плюшевого зайца и снова тихо засопела.

Я улыбнулась.

— Вот и умница…

На цыпочках вышла из комнаты и почти бесшумно прикрыла дверь. В квартире наконец стало тихо. Я медленно дошла до кухни. Налила себе стакан воды. Выпила почти залпом. Потом ещё один. Только сейчас почувствовала, как сильно болят плечи. За последние полтора года я настолько привыкла носить её на руках, что почти перестала замечать собственную усталость.

Я села за кухонный остров и закрыла глаза.

Нет, ничего не произошло. Вообще ничего. Он увидел рандомную женщину из прошлого с ребёнком. И всё. Не мог же он… Я оборвала себя. Нет, не мог. Я просто накручиваю.

Я вспомнила, как он посмотрел на Алису. На секунду внутри снова неприятно кольнуло. А вдруг… Я медленно поставила стакан на стол. А вдруг тогда… Надо было сказать? Не через два года. Сразу, когда только узнала или когда Алиса родилась. Я долго смотрела в одну точку. Может быть… Её любил бы ещё один человек.

Я почувствовала, как к горлу подкатил ком. Нет, не надо. Не начинай. Я слишком хорошо помнила те разговоры.

«Это изменит жизнь не только тебе.»

«Мы оба должны были думать.»

«Если ребёнок появится — это коснётся нас обоих.»

Да, он бы не отвернулся. Никита вообще никогда не убегал от ответственности. Но… Он не смог бы дать мне самого главного. Он остался бы рядом потому, что должен, а не потому что выбрал меня. Я слишком хорошо знала разницу.

Я горько усмехнулась. Нет. Я всё сделала правильно. Правильно. Я повторила это ещё пять раз. Будто пыталась убедить саму себя.

В этот момент раздался звонок в дверь. Я вздрогнула так сильно, что едва не уронила стакан. Посмотрела на часы. Без четверти десять. Странно. Мама с папой никогда не приезжали без звонка.

Звонок повторился. Я машинально посмотрела в сторону детской. Только бы не проснулась… Тишина. Я облегчённо выдохнула. Подошла к двери, даже не посмотрев в глазок, повернула замок, открыла.