Книга Властный мужчина. Невинность и порок, страница 31 – Саманта Джонс

Потому что я не контролирую свое поведение. И я знаю сколько боли я принесла всем мальчикам вокруг себя.

Я привлекательная девушка. Все ко мне всегда липли. И всегда убегали, как только понимали, какая я на самом деле тупица.

— Я знаю, что ты испытываешь когнитивные сложности. Я понимаю, что ты не понимаешь меня и я слышу, что ты говоришь как дислексик. Но… Я думаю, что для блогинга это только добавляет очарования и я хочу зарабатывать вместе с тобой деньги. Я хочу снимать тебя, монтировать, наряжать. Ты классная. У тебя есть способности и просто нужно разгрузить тебя от того, что тебе ментально недоступно и больше снимать твое сияние. Ты же шаришь в создании образов, мейкапе, танцах…

Может быть он был первым человеком, который верил в меня…

— Я знаю. Я влюблен в тебя, но мне кажется я достаточно зрелый, чтобы видеть и твои недостатки. Только не обижай меня. Я уязвим перед тобой. Это для них я большой сильный и опасный, но тебе я не причиню вреда…

Я поправила корону. Да. Корона была не воображаемая. Мы сидели в ресторане на Красной, где гостям дают короны. И потянула его за обе руки к себе через столик.

Он понял мой посыл, но я чувствовала, что он не доверяет. Он не ожидал, что я, трусиха, тревожница и избегалка, наконец-то сделаю первый шаг.

Мы коснулись носиками друг друга. Два одиночки домоседа, которые познакомились на работе. Два человека, которым никто кроме друг друга был просто невозможен.

Два человека, которые теперь навсегда будут вместе.

— Эй, блондинистая, пусти!

— Без билета нельзя!

— Усы лапы и хвост — мои билеты, — уже запрыгнув на порожку двигающегося поезда ясно и четко по армейски вышутился Он.

Мужчина моей мечты. В военной форме, с царапинами на лице, выбритыми висками, глубокими добрыми глазами и уже первыми строгими морщинами на еще очень молодом лице.

Я влюбилась? Сразу же!

Я сознаюсь? Никогда в жизни!

Грудь в грудь мы стояли в тамбуре и я закрывала за ним дверь вагона, потому что мы уже тронулись. Его напор было не остановить.

— Ну нельзя без билета, мужчина понимаете⁉

— Тсссс, белая… — он нагло приложил загорелый палец к моим пухлым губам, и я обомлела от запаха пороха и росы, которым обволакивало от служивого.

На моём маршруте в поезд часто садились солдаты, но вот так — запрыгнуть с полустанка, когда локомотив уже набирал ход — это невиданное нахальство.

Вот что мне теперь с ним делать? У меня полный вагон пассажиров. Спят уже. А этот… Выше меня на две головы и пахнет… как мужчина. А голос…

— Да я буквально до утра посплю и утром сойду.

— Мест нет у меня — идите в другой вагон, — все еще толкаясь в проходе, чтобы загородить ему своим пусть хрупким, но телом дорогу к пассажирам, затараторила я…- Вот ведь нахал какой! С женщиной воюешь?

Внезапно я оказалась у самой лампы под потолком. Потому что этот сильняк оборзевший просто взял подхватил меня подмышки, да и поднял.

— Эй! Немедленно опустите на пол сотрудницу железных дорог!!!

— Неповиновение сержанту при исполнении!

— Документы предъявите сначала, а потом поднимайте на руки, — куда-то прямо ему в макушку возмущалась я, стуча маленькими кулачками его по широченным плечам.

Он опустил. Но так, что моё двадцатилетнее лицо оказалась прямо перед его двадцатилетним лицом.