Книга Против течения, страница 45 – Наталия Романова

Откуда только мысли о ней в голову лезут? Своих дел мало, подумать не о чем?

— Как жилищно-бытовые условия проверять? – проморгавшись, прохрипел Роман. – Это что за придумка такая новая? Это теперь всех проверять будут? Моя младшая-то в школу ещё ходит… напридумывают ерунды!

— Если и ерунда, то не Виталия Генриховна её придумала, – спокойно ответил Захар. – Подшипники поменял? – посмотрел на Ниву.

Машина была нужна. Захар мог буханку взять в гараже, ГАЗель, кей-кар у него стоял, пара грузовиков, помимо Урала, но Нива привычней и проходимей, если в расчёт легковушки брать, что после дождей важнее любых удобств.

Мало ли, куда дела забросят.

— Само собой, Захар Дорофеевич, – встрепенулся Роман, полез в карман, вытащил ключи.

— Отлично, – кивнул Захар. – А за племянницу не беспокойся, никто её не обидел в моём доме. И не обидит, – добавил зачем-то.

К вечеру заехал к Гучковым. Митрофан был одним из первых, кто хорошо отнёсся к появлению Захара в Кандалах. Сказалось ли то, что они принадлежали одному согласию в старообрядчестве, или то, что мужики цельные, придерживающиеся исконной, православной веры и традиций, определить было сложно, но дружба выходила крепкая, семейная, даже несмотря на разницу в возрасте и семейного положения.

Лёка со старшей сестрой Митрофана сдружилась. Лиза нашла поддержку в лице Надежды – жены Митрофана, врача местного ФАПа, что в ситуации с Капой стало истиной отдушиной для материнского сердца. И Захару было с кем словом обмолвиться, поговорить по душам, поделиться наболевшем, совета спросить, если вдруг нужда случалась.

Они хоть и разные люди с Митрофаном, Захар в сравнении с ним дитя несмышлёное, только вставшее на дорогу, которой собирается пройти, но всё же чувствовалось единение, понимание какое-то, какого в прошлой жизни ни с кем не было и быть не могло.

Что там было-то?..

Бабы, алкоголь, себялюбие, да сребролюбие.

Единственное хорошее вынес из прошлого Захар – Лёшку.

Для того бог его и остановил тогда. Отхлестал по щам, тряхнул, как щенка за шкирку, натыкал носом в собственные прегрешения, чтобы сына человеком растил, по законам божьим и людским, а не свиньёй.

У Гучковых пробыл несколько часов. Сначала с мальчишками играл, потом Митрофану помог по хозяйству, просто так, чтобы без дела не сидеть, после дружно ужинали, жалко стало, что не взял Лёшку с собой. Ему видеть такие дружные, сплоченные семьи ох как важно.

Он мать свою практически не помнит. Мелькают воспоминания, скорей ассоциации, сколько ему было, когда последний раз виделись… года четыре, не старше, а времена, когда они трое были семьёй и того младше. Мальчишке мать нужна, только где её взять-то, мать, если ту, что родила так назвать язык не повернётся.

Всё потому, что выбирать жену нужно было умом, сердцем, по вере, по традициям, а не членом и назло всему человечеству.

Выбрал. Молодец!

А сын теперь расплачивается за упрямство бестолкового отца.

Ехал домой, купаясь в невесёлых думах, раздражающих. Снова в мысли заявилась Виталия Генриховна.

Имя интересное, конечно… Вита. Вроде удивляться нечему, сейчас, как только детей не называют, чудаки одни назвали сына БОЧ рВФ 260602, здесь же проще простого: Виталия.

Правда, в святцах имени такого нет… Святой Виталий Александрийский есть, а Виталии – нет.