Книга Против течения, страница 54 – Наталия Романова

*лёка (лёля) – ласковое народное обращение, используемое в некоторых регионах для обозначения няни или крёстной матери.

Глава 14

Захар появился дома в обед. Окинул хмурым взглядом двор.

Интересно, интересно… что за стройка века на участке?

— Лёша?! – огласил он окрестности. – Лёшка!

В ответ загоготали гуси, поднялся гвалт в курятнике, заблеяли на всю округу козы – исчадия ада на его голову. Если бы не Капа, в жизни не завёл эту скотину, в прямом и переносном значении этого слова.

— Алексей!

Через несколько минут безрезультатных поисков, услышал визг бензопилы. Понятно всё. Двинулся на задний двор, примерно представляя, что увидит.

На козлах для брёвен лежала пятидесятая доска. Покупал на местной лесопилке хорошие доски отменного качества для стропил крыши. Оставшееся возвращать не стал, решил – в хозяйстве пригодится. Пригодилось, видно.

Лёшка самозабвенно пилил доску, держась двумя руками за ручку бензопилы, не отводя взгляда от процесса. Вокруг валялись инструменты: ножовка, лобзик, стамески, долото, шуруповёрт, катушка электроудлинителя для всей этой красоты, циркулярка, последнее – очевидный залёт.

Захар понимал, что непоседливый пацан, наблюдающий всю свою сознательную жизнь, как отец мастерит то одно, то другое, не станет отсиживаться в стороне. Обучил работе с инструментом, дабы, когда светлую голову посетит мысль взять его в руки, эти руки себе не оттяпал. Циркулярка пока была под запрет. Опасная штука.

Рядом же в хаотичном порядке валялись распиленные доски, те самые, пятидесятые, отменного качества которые. Несколько штук сложены друг на друга, на них восседала Капа, держа в руках белого котёнка с чёрным ухом, вокруг скакал козлёнок и важно ходили два гуся – Веня и Беня.

Милота-то какая!

Идеалистическая картинка, хоть передвижников зови, чтоб запечатлели и на стены Третьяковской галереи повесили.

— И что это? – Захар встал над Лёшкой, показал рукой на плоды труда отрока.

Не сказать, чтоб бестолкового. Смекалистого и рукастого точно.

— Плот! – важно заявил тот в ответ. – А там домик для Капы. Я ещё внутри шлифовкой пройду и воском покрою, чтобы занозу не зацепила.

Захар задумчиво посмотрел на нечто, похожее на кривоватую собачью будку. Ну… в целом, чем не домик для игр маленькому ребёнку. Неплохая альтернатива шалашам, которые строил Захар с приятелями в младших классах.

— Хорошо, вместе пройдёмся, – почесав переносицу, ответил Захар.

Доски не вернёшь, домик уже стоит, будущая хозяйка дисциплинированно ждёт ордера на жильё, надо бы проверить на безопасность, и пусть играет малышка…

— Плот тебе зачем?

— У нас на следующей неделе сплав на байдарках! Мы с ребятами уже всё приготовили, – выпучив глаза, напомнил Лёшка. – Девчонок не всех пускают, и хорошо, мороки с ними много, а мы все пойдём!

— На байдарках, а не на плоту, – напомнил Захар, перехватывая взгляд сына в сторону ЗИЛа. – Стащишь ключи – выпорю, – резюмировал он. – Спустишь на воду это плавсредство, – честно постарался скрыть иронию в голосе, – выпорю дважды.

Развернулся на месте и пошёл к порогу, захватив циркулярку.

Он сына никогда не бил, хотя тот выпрашивал с завидной регулярностью. Считал, что воспитывать нужно в строгости, правила должны быть железные, но рукоприкладству в их жизни места быть не может.