Книга Что случилось на балу?, страница 119 – Сабрина Джеффрис

Майор Куинн пристально посмотрел на него.

— Может быть, мне следовало обсудить этот вопрос с вами, лорд Фокстед, прежде чем привлекать к нему внимание моей кузины. Но, полагаю, вы можете понять мое негодование.

— Честно говоря, кузен, — перебила его Элиза, — думаю, что именно вас я меньше всего понимаю. Да, граф солгал. Да, миссис Мар… мисс Энсон сознательно поддерживала его в этом. — Ее голос смягчился. — Но вы успели пообщаться с мисс Энсон и ее маленьким сыном. Думаю, вы бы не хотели, чтобы их жизни разрушил тот факт, что женатый мужчина воспользовался наивностью этой девушки.

Натаниэль ощущал на себе ее взгляд, но не осмеливался поднять на нее глаза. Он знал, что Элиза мгновенно все поймет. Он все еще надеялся оттянуть неизбежный конец хотя бы ради нее.

Майор Куинн сжал губы.

— Я не могу не признать, что, по словам Уэйнрайта, поведение мисс Энсон всегда было безупречным. Но когда женщина хочет выйти замуж…

— Я полностью согласна, — резко сказала Элиза, поднимаясь с кресла. — Простите меня за то, что познакомила ее с вами. Как и граф, я сожалею о том, что это произошло. Как и граф, я не думаю, что вы стали бы подходящим мужем для молодой девушки в ее положении.

Куинн вскочил. Он выглядел совершенно сбитым с толку, как и Натаниэль, который тоже поднялся с места, молясь, чтобы Элиза не выгнала их обоих.

Она продолжила холодным тоном:

— Молодые женщины и так преодолевают достаточно препятствий в поисках своего пути в этом мире, а если они случайно оступаются, им приходится расплачиваться всю жизнь за одну ошибку. Я знаю, что происходит с женщинами, которые отказываются лгать, в результате чего теряют свою репутацию и оказываются в крайне унизительном положении вместе со своими несчастными детьми, которые появляются на свет с клеймом позора. Я не могу всецело порицать действия его светлости. Меньше всего на свете я хочу, чтобы такая милая девушка, как Джоселин, и такой чудесный мальчик, как Джимми, страдали по вине какого-то негодяя.

— Но, кузина… — начал майор.

— Довольно! — сказала она, не в силах скрыть дрожь в голосе. — Сейчас мне нужно поговорить с его светлостью наедине. Думаю, вам следует уйти, кузен. Если вы желаете продолжить обсуждение этой темы, приезжайте завтра, и я попробую подобрать для вас в качестве потенциальных невест других женщин, которые будут соответствовать вашим придирчивым требованиям. А пока я прошу вас сохранить в тайне те сведения о Джоселин и Джимми, которые вы получили, по крайней мере, до тех пор, пока я не узнаю всей правды. Сможете ли вы выполнить мою просьбу?

Натаниэль перестал дышать.

— Да, смогу, ради вас, кузина, — согласился майор Куинн. Затем он поклонился. — Позвольте откланяться.

Сделав несколько шагов к двери, Элиза позвала дворецкого:

— Норрис?

Тот появился так быстро, что у Натаниэля мелькнула мысль, уж не подслушивал ли он все это время. Однако графу всегда казалось, что Норрис с симпатией относится к Джоселин и Джимми и, следовательно, не станет им намеренно вредить.

— Да, мадам? — откликнулся дворецкий.

— Майор собирается уходить. Я отменяю распоряжение о чае с тостами. Лорд Фокстед тоже вскоре уйдет.

— Хорошо, мадам, — сказал Норрис и проводил майора к выходу.

Элиза молча, стояла спиной к Натаниэлю так долго, что он не знал, что и подумать. Когда она наконец взглянула на него, он увидел на ее лице выражение столь неприкрытой безумной ярости, что понял: никакие ее упреки до того момента и в сравнение не идут с тем, что на него обрушится через несколько мгновений.